скучные научные труды по физике, причём по каким – то узкоспециализированным вопросам наподобие квантовой хромодинамики или теории петлевой гравитации. Пролистывая страницы, я даже приблизительно не смогла понять о чём идёт речь. «Причинная динамическая триангуляция» и другие страшные слова. Неужели Лауре это интересно?
Вторая дверь в её комнате (тоже розовая, с наклеенными на неё бабочками), была всегда закрытой и запертой на тяжёлый висячий замок.
Если смотреть из окружающего дом садика, с этой стороны там два балкона, один в комнате Лауры, а второй заложен кирпичом. Это была единственная дверь, которая могла вести в ту комнату с замурованным балконом, которую я никогда не видела. Меня давно разбирало любопытство, спросить прямо я не решалась, но пока девочек не было, почему бы и не попробовать? Я только загляну, и снова запру дверь, никто и не узнает… Ключ оказался в очевидном месте: под матрасом.
За дверью, тяжёлой и дубовой, как и положено, оказалась комната. Маленькая, совсем пустая, хотя и чисто убранная. Но с чего бы это Лауре самой подметать пустую комнату и не пускать меня туда? А балкон кирпичом заложила тоже она, или это до неё? Стоп, какой кирпич?! Сквозь плотные чёрные шторы пробивался свет. Снаружи я совершенно точно видела заложенные кирпичом окно и дверь балкона соседней с Лаурой комнаты, но когда я вошла туда, я видела солнечный свет через шторы.
Не понимая в чём дело, и гадая нет ли в доме других неучтённых комнат, я шагнула к балкону, намереваясь взглянуть наружу и убедиться, что это место.
Отдёрнула штору.
И зажмурилась от яркого света.
А затем замерла, хлопая глазами, в полном обалдении от увиденного.
Садика не было.
А так же не было забора, соседних домов, и так далее.
Вместо этого по ту сторону балкона открывался совершенно немыслимый пейзаж: текучие, движущиеся тени, искривлённая земля, похожая на лабиринт на склоне огромной воронки, торчащие повсюду кристаллы и гребни огромных аметистов, фиолетовый туман под белым _треугольным_ солнцем в тёмном небе, по которому неслись белые спиральные облака. Картина была настолько нереальной, что мой взгляд не мог уцепиться ни за что, кроме ближайших странных не то растения ни то грибов, ни то минералов.
Я протёрла глаза, решив, что мне всё это мерещится, но диковинное видение и не думало исчезать. Вот оно, здесь, прямо за окном. И лесенка к балкону приставлена. Можно спуститься, и уйти под уклон прямо туда, к тем дёргающимся теням в фиолетовом тумане.
Внезапно знакомые не по – детским сильные тонкие руки схватили меня, и дёрнули назад, практически вытащив из этой узкой комнаты.
Лаура в жёлтом летнем платье всем своим видом показывала своё неудовольствие, в чём к ней присоединились Анна и Сара.
— Тебе же говорили, не суй свой нос куда не просят! — Прикрикнула на меня главная, но я не слушала её.
Вместо этого я кинулась к окну, чтобы убедиться, что снаружи у нас по – прежнему наши соседи. За лауриным балконом светило нормальное круглое солнце, виднелись крыши соседних домов, но меня не оставляло ощущение, что если я вернусь в ту комнатушку, которую сейчас запирала Сара, я снова увижу аметистовую воронку под треугольным солнцем.
— Что это было? — Решилась спросить я, хлебнув успокоительного, и по – прежнему помня, что произошло в той комнате
— Тебе же говорили, не суй свой нос куда не просят! На цепь посажу, раз сама не понимаешь! — На этот раз это была Никки.
Лаура, похоже, простила мне досадную оплошность. Об увиденном мной она не говорила, вместо этого делая вид, что всё нормально. Сара с Анной переглядывались, следя то за мной, то за подругами, при этом Анна, похоже, не вполне понимала, о чём идёт речь. Самая нормальная, в смысле, похожая на обычную девочку, из всей этой компании, кажется, толком не понимала, что там произошло. А три другие понимали, и не похоже, чтобы это их беспокоило. Решив доверится в этом более знающим девочкам, я попыталась отогнать мысли о видениях по ту сторону дубовой двери.
Девочки молча согласились забыть об этом инциденте, и события вернулись в норму. Я закончила убирать дом, затем готовила еду, мыла посуду за ними, а после немного отдыхала перед следующим сеансом плотских утех. На сей раз они поимели меня руками прямо на полу. Анна с Сарой не участвовали в этом, просто смотрели. Лаура с Никки ласкали меня одновременно, в четыре руки. Губы Лауры сомкнулись вокруг моего соска, а её ладони скользили по животу, ногам, рукам. Никки залезла мне под юбку, сперва гладила бёдра, затем легко трепала мои половые губки. Лауре нравилось делать это на глазах у других, а я часто дышала, покраснев одновременно от возбуждения и остатков стыда, что меня трогают дети.
Часть меня до сих пор стыдилась этого, но пальчики Лауры давали такое удовольствие. Но на сей раз меня ласкала Никки, не столь умело, но тоже хорошо. Затем руки убрались, и Никки начала стаскивать с меня юбочку. Я уже текла, и с каждым движением всё больше любила моих хозяек. Они всё больше меня подчиняли. Лаура по – прежнему не раздевалась передо мной полностью. Я могла ощутить её тугие, маленькие, грудки только через ткань лифчика. Я могла целовать её сосочки только через покрывающую их ткань. Мы целовались время от времени, она играла со мной своими удивительно умелыми пальчиками, но полного удовлетворения не давала.
Остаток дня я провела голой, Лаура, в своём лифчике и шортах время от времени ласкала меня, держа постоянно возбуждённой. Каждый раз, когда я начинала дрейфовать к оргазму, она резко прекращала ласки, оставляя меня текущей от возбуждения. Ласкать себя самой мне запретили, и я маялась от неудовлетворённого желания. Девочки снова заставили меня работать, не только вытирая пыль повсюду, но и выгребая её из – за всех шкафов. Наверное, Лаура предложила так образом наказать меня.
Вечером Лаура позвала меня к себе.
Снова оказавшись в её комнате, я невольно бросила взгляд на ту дубовую дверь. На ней снова оказался тот тяжёлый замок, только ключ теперь висел на цепочке на шее Лауры, и я постаралась не думать об увиденном там. Лаура же спокойно вертелась перед зеркалом, любуясь своей расцветающей красотой. Девочка напоминала только начавший распускаться бутон розы.
— Госпожа, я здесь. — Тихо позвала я её, впервые назвав так.
— А, Сузи, это ты. — Неопределённо махнула рукой Лаура. — Как я выгляжу?
— Ты просто великолепна. — Ответила я, не потому, что моя хозяйка хотела это услышать, а потому, что так и было.
— Может я буду ещё великолепнее вот так? — Спросила она.
Наконец она расстегнула лифчик. Он упал к её ногам. Впервые за все те месяцы, что мы были любовницами, я увидела её грудь.
Две удивительно аккуратные маленькие грудки выглядели вполне сформированными, просто меньше, чем обычно бывают у взрослых женщин, и более плоские.
Мне захотелось дотронутся до них, ощутить своими пальцами нежные сосочки, впервые ласкать эти восхитительные сисечки по – настоящему. Я просто шагнула к ней, но Лаура решительно остановила меня. Пригвоздив меня к месту одним своим взглядом, Лаура обошла вокруг меня.
— Мне следовало бы наказать тебя. — Заявила Лаура. — Завтра я так и сделаю. С утра ты больше не носишь одежду у меня дома. Понятно? Ты больше не будешь кончать самостоятельно, а только от моих рук и только моих, и никак иначе, не от подруг. Ежили они возьмутся ласкать тебя, ты должна будешь предупреждать их заранее, что приближаешься к оргазму, и прекращать ласки.
Я согласно кивала.
— Я надеюсь, теперь ты будешь аккуратнее. — Закончила Лаура. — Завтра наказание вступает в силу, но сейчас я буду для тебя любовницей, а не хозяйкой.
Она взяла меня под руку, и мы, голые, не считая шортов Лауры, подошли к её кровати. Она впервые позволила мне дотронутся до её сосков, которые, как мне показалось, были уже тверды. Девочка помогла мне забраться наверх, и мы поласкались там, пусть мне и было неудобно в её тесной кровати, я регулярно билась локтями и коленями о бортики. Видимо, это тоже было частью моего наказания.
Лаура так и не допустила меня до своей киски, но ласково и нежно гладила меня изнутри своими умелыми пальчиками, позволяла трогать её грудь, ноги, животик.
Я так и заснула у неё в кровати. Свернувшись в клубок и поджав ноги, иначе я там не помещалась.
К собственному удивлению, спала я хорошо, просыпаясь только один раз, и в ужасе сжалась на кровати возле Лауры, когда мне показалось что кто – то скребётся в запертую дубовую дверь. Но дом был тих, никакие чудовища из аметистовой воронки не ползли по комнатам, и я снова заснула.
Утром я тихо смеялась над ночными страхами, и начала думать, что треугольное солнце мне просто померещилось, ничего такого там нет. Но то, что Лаура всегда держала дверь запертой, мешало полностью повертить в это.

Похотливая Регина

Скорый поезд Москва-Сочи

Ах эта свадьба,свадьба…