пах. Была так больно что я чуть не потерял сознание, но резкая пощёчина привела меня в чувство.
— Я…
— Заткнись мразь – мучительница наотмашь хлестнула ещё раз меня по лицу.
К ней подошла Фиона и опустившись на колени протянула на вытянутых руках жокейский хлыст.
— Смотри как ты должна вести себя сучка. — Сказала женщина, принимая подношение, и кивнула на Фиону.
— Вы сумасшедшая …
Женщина размахнулась и хлестнула меня по лицу, я заорал от боли.
— Для тебя я Госпожа Сафо свинья- Каждое слово сопровождалось звонким ударом хлыста со свистом, рассекавшим воздух.
— Прекратите умоляю.
Я кричал от боли и умолял садистку, которая, смеясь порола меня, наверное, пару минут, всё моё тело покрывали следы от укусов бича, некоторые из ран кровоточили.
— Умоляю, Госпожа Сафо, я сделаю всё что вы прикажете. Только прекратите.ё
— Так-то лучше – Женщина прекратила пытку, затем ткнула бичом в мой сморщенный маленький член.
— Фу ну и мерзость, мне вообще мужчины не нравятся, но это. Толька такая блядь как Фиона будет его сосать. Тебе не противно было? — добавила она, обращаясь к стоящей на коленях девушке.
— Противно, но я обещала с ним поиграть, Госпожа Сафо. Пузо очень мешало, хотя он сладенький.
Смотрите какая честная вакханка – Явно передразнивая свою горничную сказала ведьма — , одень на него наручники и отведи на арену, посмотрим, как эта свинья бегает.
Фиона поднялась с колен и отвязав меня от креста, с неожиданной силой заломила мне руки за спину и застегнула на запястьях стальные, полицейские наручники. Нежные губы при этом коснулись моего уха и она прошептала:
— Не бойся, всё будет хорошо, я была на твоём месте. Это всё просто сон.
Взяв меня за плечо, она вывела меня на улицу, и мы прошли в круглый загон, засыпанный необычным почти белым песком. В центре стояла моя мучительница, довольно скалясь жемчужными зубами.
— Смотри на этот песок свинья. Это песок из цирка сожжённого Карфагена. Не римляне изобрели гладиаторские бои. Они украли их у карфагенян как и своих богов у греков. – Этот песок стирал имена и титулы у куда более важных людей, чем ты, – Здесь все одинаково хрипят, когда бегут и умирают.
Я стоял вспоминая «напутствие» Фионы и не понимал чего от меня хотят.
— А ну бегом – приказала женщина и щёлкнула хлыстом.
Я побежал по кругу. Рыжий, голый, толстяк, бегущий по кругу со скованными за спиной наручниками руками, наверное, со стороны выглядел очень смешно. Фиона смеялась и хлопала в ладоши.
— Быстрее!
Хлыст ожёг моё бедро огненным укусом. Я, споткнувшись упал. Яростные удары бича посыпались на меня один за другим. Кое как поднявшись я опять побежал под звонкий смех Фионы.
Я задыхался, моё сердце готово было выскочить из груди. Тело дико болело как от ударов, так и от непривычной нагрузки. Сквозь смех Фионы я услышал, как садистка читает какие-то стихи на неизвестном мне языке. Внезапно моё тело загорелось, и я рухнул от боли потеряв сознание.
Меня окатили ледяной водой, возвращая в этот грёбаный мир. Разглядеть окружающее мешали волосы, прилипшие к лицу. Я откинул их рукой. Стоп у меня же была короткая стрижка, я поднёс волосы к глазам, длинные густые рыжие кудри… Не веря в происходящее, я дёрнул локон, ай больно, действительно мои. А рука? Это же не мая рука с волосатыми пальцами- сардельками, а изящная женская кисть с маникюром. Тело вопреки ожиданиям не болело. Я стал себя ощупывать и вскрикнул от удивления. Это было не моё тело. Мои руки скользили по гладкой, нежной коже. У меня была большая упругая грудь я сжал её руками и застонал от разлившегося удовольствия. Ощупав плоский мягкий живот, я запустил руку себе между ног и нащупал там влажную дырку вагины. Мой! Блядь! Пизды!
— Ну привет, Лапифия с возвращением.
Я повернулась на голос. Надо мной стояла Госпожа Сафо, похлопывая себя по руке бичом и Фиона с пустым деревянным ведром в руках.
— Встанька да я тебя рассмотрю.
Массажный салон Госпожи Сафо.
Часть 2. Лапифия
Глава 2
Садистка колдунья обошла меня вокруг, похлопывая по руке сложенным бичом.
— А из свинки получилась довольно милая кобылка. Как ты считаешь, Фиона?
— Сука, что ты со мной сделала?! — заорал я и влепил пощёчину, после чего вцепился ведьме в волосы.
Через мгновение у меня померкло в глазах, и я отпустил свою мучительницу, рухнув на колени — Фиона огрела меня ведром по голове. Ведьма пнула меня ногой в лицо и, после того как я упал на спину, наступила ногой на горло.
Я попытался спихнуть ногу, но ведьма только сильнее нажала ногой мне на шею.
— Будешь дальше рыпаться — шею сломаю, — как по будничному спокойно сказала женщина. — Руки убрала.
Это прозвучало так естественно, что я понял: сломает и глазом не моргнёт. Я опустил руки вдоль тела. По моему лицу потекли слёзы отчаяния.
— Надо её прожарить, как меня, — сказала Фиона, подбирая ведро.
— Думаешь? — повернулась к ней колдунья.
— Я тогда сразу поняла своё место, Госпожа Сафо.
— Ну давай попробуем.
Руки ведьмы засветились, и каждую клеточку моего тела пронзила немыслимая острая игла боли. Меня выгнуло дугой, и я забилась в судорогах от адской боли на песке арены.
— Обоссалась! — захлопала в ладоши Фиона. — Прям как я.
Госпожа Сафо опустила руки, и я без сил растянулась на песке. По моим щекам текли слёзы боли и унижения.
— Встать, — скомандовала колдунья.
Я продолжала лежать, не двигаясь. Этого не может быть на самом деле. Сейчас эта ведьма меня убьёт, мои мучения закончатся, и я проснусь в своей крохотной квартирке. Зачем? Чтобы продолжить своё убогое существование?
— Кажется, надо повторить, — и руки ведьмы засветились алым.
— Не надо… — я всхлипнула и встала на ноги.
Госпожа Сафо подняла с земли наручники и застегнула их у меня на запястьях, заведя руки за спину. Затем, зажав мой сосок между пальцами, резко его выкрутила. Я заорала от боли, подогнув ноги. Странно, но вместе с болью я почувствовала что то новое, чего не испытывала никогда. Дикое возбуждение, граничащее с удовольствием. Ведьма, не церемонясь, засунула руку мне в вагину и, вынув, рассмотрела покрытые чем то влажным пальцы. Потом, удовлетворённо хмыкнув, вытерла их о моё лицо.
— Запряги эту кобылку, — обратилась она к Фионе. — Нужно, чтобы она скинула ещё немного.
Фиона подвела меня к двухколёсной коляске, вроде тех, на которых проводят скачки на ипподромах. В коляске лежала розовая кожаная сбруя, в которую она меня запрягла, как лошадь. На голову мне надели шоры, позволяющие смотреть только вперёд, в рот вставили и закрепили ремнём на затылке палку толщиной в два пальца, к которой крепились удила. Хитрый хомут больше был похож на корсет и не позволял вертеть головой по сторонам. На ноги мне надели лёгкие кожаные сандалии с высокой шнуровкой. Подошла ведьма, рассмотрела и поправила упряжь, затем одела мне на соски зажимы с бубенчиками, закручивая винты, пока я не начала визжать. Достав плаг с лошадиным хвостом, она вручила его Фионе. Девушка подошла ко мне сзади и, раздвинув ягодицы, стала ласкать мой анус. Не могу сказать, что мне было неприятно — скорее с точностью до наоборот. Потом я почувствовала, что-то вставляют мне в жопу. Не нужно быть гением, чтобы понять, что это был плаг с лошадиным хвостом.
Фиона встала на четвереньки, и ведьма, используя девушку как ступеньку, запрыгнула в коляску.
— Ты ведь понимаешь, Лапифия, что меня лучше не злить, — сказала Госпожа, щёлкнув вожжами.
Я пошла, потянув за собой коляску с моей мучительницей.
— Быстрее! — щёлкнул бич и ужалил меня по спине. Я засеменила трусцой.
Когда мы выехали за ворота, ведьма натянула поводья, и палка больно врезалась мне в рот. Я остановилась и услышала за спиной:
— Добрый вечер, Сафо.
— Привет, Харон.
— У тебя новая лошадка?
— Да, вот решила её объездить, а то больно строптивая вакханка.
— Не может быть, настоящая вакханка?
— Похоже на то.
— Кто из них?
— Вроде бы Лапифия. Кстати, не поможешь мне?
— Как?
— Я думаю погонять её, нужно, чтобы она сбросила ещё пару кило. Сможешь бежать рядом и смотреть, чтобы она не упала?
— Конечно.
— Ну тогда поехали, — садистка тряхнула вожжи, и я опять двинулась вперёд.
— Быстрее, ленивая тварь! — бич щёлкнул и больно укусил мою спину. Я прибавила скорости.
Я бежала, таща за собой коляску, не менее часа. Солнце уже зашло, и на небе зажглись первые звёзды. В дороге я несколько раз спотыкалась и почти падала, но сильные руки подхватывали меня, не давая упасть. Наконец я выбежала на пустынный песчаный пляж, и ведьма натянула вожжи, приказывая остановиться.
Я остановилась, тяжело дыша, вся покрытая потом, и без сил упала на песок. Ведьма слезла с коляски, распрягла меня, сняв шоры, освободив от бубенчиков и плага, и я наконец смогла рассмотреть нашего спутника. От удивления у меня, как говорится, отпала челюсть.
Это был кентавр. Мускулистый торс красивого мужчины переходил плавно в тело чёрного коня.
Сафо взяла меня за волосы и притянула к себе. Закинув мою голову, она впилась в мои губы долгим жарким поцелуем. Никто и никогда ещё не целовал меня так долго, нежно и вместе с тем требовательно и властно. Я почувствовала лёгкое опьянение, как будто немного выпила, и робко ответила на поцелуй своей мучительницы. Её горячие, нежные руки гладили моё тело, мяли груди, стискивали ягодицы. Мне было настолько сладко и хорошо, что я не могла сдержаться и застонала. Наконец наши губы разомкнулись. Госпожа Сафо повернула меня спиной и расстегнула наручники. Потянув за собой, колдунья уселась на широкую, обитую красной кожей скамейку в коляске и опять жарко поцеловала. Затем, взяв за волосы, потянула мою голову вниз. Я спускалась по её телу ниже, покрывая её поцелуями. Когда я спустилась к её груди, она расстегнула корсет и прижала свою небольшую крепкую грудь с твёрдым соском к моему лицу. Взяв сосок в рот, я стала, посасывая, играть с ним языком. Я почувствовала, как дыхание ведьмы участилось, и немного спустя она потянула мою голову дальше вниз.
Расстегнув своё боди, колдунья прижала мою голову к

СПАСИБО, СЕСТРЕНКА!

Полицейский беспредел.

Она знала лучше, чего мне хочется