не звони мне пока
На следующий день она уехала в свою деревню, до которой 12 часов переться на автобусе, а кроме него туда хрен доберешься.
 — Зайка, я к тебе приеду
 — нет, Котик, не надо
 — кому не надо?
Молчание
 — когда к тебе ближайший автобус?
 — не надо пока.
Впервые за это время она при мне заплакала. Даже не впервые, а единственный раз, больше такой слабости она не допускала — боялась показаться слабой. Привыкла возводить вокруг себя не преступную стену, а тут я такой начинаю ее рушить… ага, щас!
Каждый день мы с ней разговаривали по телефону. Каждый день переписывались по аське. По аське даже лучше — проще сказать то, что думаешь, меньше стеснения. Впервые по аське у меня вырвалось «люблю».
 — это было признание?
 — нет, вырвалось, больше не повторится. Только в глаза
 — тогда приезжай
 — приеду
Пришлось зебру делать пораньше. В магазине такую не купишь. Какашки пополам с соплями, покрасить гуашью… нормальная такая белая зебра получилась. Статуэтка сантиметров 10 высотой.
Договорился на своей работе о внеплановых выходных. Забрал остатки ее вещей у подружки, купил билет. Приехал.
Дорогу описывать не буду.
Встретила она меня на остановке вместе с батей. Был уже поздний вечер. Дома меня ждала натопленная баня, пол-литра, вкусный ужин.
При встрече она меня просто чмокнула, постеснялась папы. Когда перекусили и чуток выпили, пошли в баню. Батя отказался — сказал, что со здоровьем чота не то, а там жарко щас. Настя пошла со мной, но не осталась — просто показала что там и как у них. В дверях бани мы очень долго целовались, пока она не вывернулась и не убежала: «папа чонить не то подумает».
Блин, что он «не то» подумает? Подумает он очень даже «то»! возражать не стал — у нас впереди чуть больше недели.
Ночью, когда ложились спать, она завела будильник на 6 утра: сказала, чтобы успеть перелечь на другую кровать, пока папа спит, а то «не то подумает». Ладно, у каждого свои тараканы в голове.
Выключили свет, легли. Обнимались и целовались. Я гладил ее все смелей и смелей, никакого протеста не было. Когда я прикоснулся к застежке лифчика и спросил: «можно?», даже в темноте было видно как она покраснела. Перешагнула через все свои нормы и морали и выдавила: «угу». Я без особого труда разобрался с застежкой, и ее грудь оказалась на воле. Она легла на спину, я поцеловал ее у губы. Начал спускаться к шее. Руками гладил ее тело. Грудь, животик, бедра… целовал, лизал, покусывал аккуратные сосочки, мял грудь
Настя старалась прижать меня посильнее к себе.
Постепенно рука моя начала продвигаться к трусикам. Не вырывается, не убегает к папе. Запустил пальцы ей под ткань. Уже понимая, что протеста никакого не будет, спросил: «а тут можно?». В ответ она выгнулась мне навстречу, своей рукой прижала мою к себе. Я стал на ощупь разбираться в ее складочках под трусиками. Очень аккуратные складочки, надо сказать! Не свисали никуда никакие чебуреки, как иногда бывает у некоторых девушек. Чуть пониже складочки были уже скользкими и влажными. Чуток задержался на ее клиторе, тоже очень аккуратном и маленьком, как у девочки, и вытащил руку. Отодвинул ткань трусиков в сторону: так удобней. Начал поглаживать пальцами вдоль губок. Она уже вся извивалась под моими руками. Аккуратно запустил палец ей вовнутрь. Сладкий, еле слышный стон. Она сама нащупыват мой член сквозь ткань трусов своей вечно-холодной ладошкой. Начинаю не спеша двигать пальцем, добавляю второй. Суховато чуток, смачиваю пальцы, погружаю их на всю глубину. Средний и безымянный пальцы у нее в дырочке, ладонью давлю на клитор. Все сильней и быстрей двигаю ладонь. Настенька не выдерживает и выдавливает из себя:
 — я хочу тебя
 — точно-точно?
 — котик издевается? Аааа… — я не прекращаю ее долбить снизу рукой. Уже не сдерживаясь. — ДА ХОЧУ!
Снимаю с нее трусики, она сама мне в этом помогает. Начинает стягивать мои — их я даже не помню как стянул — были и нету! Настя ложится на спину, размазывает смазку из влагалища по половым губкам, чтобы проще было входить. Ложусь на нее сверху, целую у губы. Она помогает мне войти в нее. Шумный вздох, все ее тело выгнуто. Руками давит мне на задницу.
Блядь, презерватив! Про него я вспоминаю, сделав пару фрикций, и поняв, что в ее горячем и тесненьком влагалище кончу прямо сейчас. У некоторых в попке просторней, чем у нее тут! Пока надевал презерватив, член чуток опал, но боевой готовности не потерял — самый раз, чтобы не обкончаться сразу же. Ага, щас… кончил спустя пару минут — сказались и Настина теснота и мое длительное воздержание. В готовность я пришел спустя минуту! Новый скафандр на член напялил, и понеслась. Только вот все равно она чего-то продолжает стесняться, не может расслабиться. Время не засекал, но протянул я довольно долго. Чувствую: подкатывает. Можно я кончу? Кончай! Минута — и я уже не могу ни рукой, ни ногой пошевелить — такое неописуемое блаженство… второй презерватив полетел за диван. Она прижалась ко мне и кажется сразу же уснула. В 6 утра по будильнику ушла в соседнюю комнату — чтоб папа, когда проснется, ни дай бог, не увидел, что она спит со мной.
На следующий день суета по дому, что-то там она готовила, я ей помогал или просто сидел рядом и смотрел на нее. Каждую свободную минуту мы целовались, не могли насытится тем что рядом. Вечером закончились презервативы, те что я взял с собой. Надо было брать пару упаковок, а я что-то ограничился маленькой пачкой. Не рассчитывал, что она в первую же ночь даст.
В понедельник пошли по магазинам… бля, деревенские магазины… из них такие же магазины, как из челябинской трехконфорочной «Чайки», которая стояла у нее на старой квартире, кухонная плита — вроде и похоже, а функцию выполняет хренова и через раз. Презервативы только китайские. Хуева. Ну ладно, попробуем.
Ночью пытаюсь напялить это средство индивидуальной защиты… у меня не сильно здоровый хуй. Обычный такой член: 18 сантиметров, может чуть больше (мерил не линейкой, просто стандартный презерватив 18 см — ему самый раз). Но эта продукция китайской промышленности на меня налезла с трудом, закончив разматываться почти на середине, при этом аццки его стягивая! Попытка заняться в нем сексом закончилась феерическим алярмом, когда он остался у моей лапочки во влагалище, буквально после 3—4 толчка. Я Насте куни делать не стеснялся, тем более что смазки у нее не особо много — заодно смочить хорошенько. А вот она минет делала первый раз. Очень старательно, но очень неумело. Кончил я скорее не от ее ласк, а от осознания того, что она мне делает минет. В эту же ночь она призналась в любви открытым текстом.
 — я тебя люблю
 — все-таки ты это первая сказала. Я тебя тоже люблю!
 — ты мне уже писал
 — это не то, совсем не то.
Скупили все презервативы в деревне, какие подворачивались. Перепробовали все какие были.
Каждый вечер мы с ней занимались любовью. Каждое утро она уходила в другую комнату. И каждое утро возвращалась назад ко мне, когда папа уходил на работу. Стеснение ее никуда не пропало: показаться при свете хотя-бы в нижнем белье — неимоверное усилие, поза только одна — миссионерская. Ну иногда наездницу изображала в позе сверху. Раскрутить ее на позу 69 — час уговоров! И это несмотря на то, что она минет уже делала не раз! Откуда в наше время берутся такие правильные девочки? Или мне попадались только опытные-преопытные?
Через неделю я уехал домой.
Каждый вечер мы с ней переписывались в аське. Разговаривали обо все. Абсолютно! О религии, о кредитах, о истории второй мировой, о философии, о 3д-графике…
На ее день рождения я опять к ней приехал. Майские праздники: выходные выпадали очень удачно! Опять договорился на работе, сделал новую зебру в подарок, купил еще всякой мелочи. Забрал ее ноут у подружки, который в прошлый раз не увез. Ноутбуку 2 года, а он стерильный — ни одного вируса, ни одного порно-фильма. Небольшая куча личных фотографий — и все!
Она уже устроилась там на работу, переезд в город отодвигался все дальше и дальше, а сидеть дома — свихнешься.
В постели стала более раскованной. Смена поз ее уже не пугала. Понравилось лежа и сзади: говорит, что своеобразный кайф от того, что нету почти никакой возможности для инициативы — тоже есть. Очень полюбила быть сверху — так мне сложнее сдерживаться, а ей больше нравилось не кончать самой, а смотреть, как я кончаю. Мой личный рекорд в миссионерской позе или сзади — почти час, если без презерватива, и пара часов в презервативе с анестетиком. Она при этом кончает неимоверное количество раз, но очень устает и на работу ходит со спичками в глазах. Каждое утро она уже перестала уходить в другую комнату, видимо был разговор с батей на эту тему.
Особенно запомнился момент, когда мы проснулись, она лежала спиной ко мне. Я пристроился к ней сзади. Настя уже во всю текла.
Только-только засадил, слышу шаги по коридору! Как можно более невинно прикрываю одеялом Настеньку, и не даю ей вырваться. Заходит батя, идиллическая картина: его дочка спит на локте молодого человека, спиной к нему, он ее обнимает поверх одеяла… У дочки во влагалище член, но этого конечно не видно. Порылся в шкафу, достал что-то и ушел.
Вопреки всем эксгибиционистским рассказам — у меня начал опадать, видимо не всех это возбуждает. Очень возбудился, когда батя ушел! Видимо от облегчения. До работы у нас было времени чуть меньше часа… успели использовать его по назначению.
8 мая поперлись на праздник дабы оценить местную самодеятельность: Настина организация занималась празднованиями Дня Победы. Праздновали почему-то 8 мая, а не 9, правда. Видимо решили что лучше с бодуна просыпаться в воскресенье, чем в понедельник. Опен-эйр концерт, блять… на улице ветер шописец, холодно. Остатки ветеранов, которых вытащили на празднование (их на всю деревню осталось с десяток, не больше) заморозили нахуй! Не удивлюсь, если кто-нить из них после таких почестей двинет кони от простуды. Мы наблюдали сию фиерию самодеятельности в течение 3 часов, дотерпели до самого конца. Стояли в сторонке, я расстегнул куртку

Попробуй меня

Дядя моего бойфренда

После экзамена