гильотиной. Прищепками усеяли все тело. Прицепили к соскам и половым губам грузики, вставляли кляп в рот и трахали связанной, заливали горячим воском и били током каким-то устройством, отчего она визжала от боли.
Целых два часа видео непрерывных издевательств…
—
В полночь новой недели Семен был готов. Его член уже был в возбуждении, он разместился в одних трусах перед экраном компьютера, открыл ссылку на аккаунт на порносайте. Но онлайн-трансляции все не было. Зато вдруг поступил видеозвонок со знакомого номера…
— Здравствуй, дорогой.
Мужчина сразу же узнал Саида. Это ему он сосал в тот первый день, когда нужно было платить проценты. И он был основным оператором и комментатором происходящего на кровати с Ритой.
— Слушай, дорогой… Оставшиеся проценты мы заработали на твоей жене. Да ты и сам все видел — мы сдали ее в сауну, потом ей хорошо заплатили за кино в порно-студии, да и в клубе хорошо заплатили. Проценты погашены. Ты больше не должен платить. Но…
Мужчина широко улыбнулся в камеру мобильника.
— Но мы ее тебе не вернем. Ашоту нужны были деньги, и мы ее продали. За пятьдесят тысяч долларов, друзьям в горах. Ее уже увезли. А ты не должен больше Ашоту, можешь радоваться.
Семен пошатнулся и чуть было не выронил телефон из руки. Опустился на кровать, потому что ноги его не держали.
— Так что, дорогой, если тебе нужна твоя жена-шлюха, можешь в любое время выкупить ее. Только цена теперь выше — сто тысяч долларов. Так сказал Ибрагим, ее новый хозяин. В любое время можешь перевести деньги на счет, он все тот же. Как только деньги поступят – привезем ее обратно, мамой клянусь!
Он улыбнулся, помолчал секунду. Не видя реакции похолодевшего от ужаса Семена, добавил:
— Или можешь о ней забыть и искать себе новую жену, не такую шлюху. Зачем она тебе? Забудь… Ладно, дорогой, прощай. Надеюсь, больше не удивимся.
Телефонный звонок прервался. Семен долго сидел, тупо глядя на него, потом схватил и бросил его в стену. И закричал. Дико, страшно, до хрипоты в горле…
—
Она сделала именно так, как хотела. Родила ребенка и тут же подписала бумагу об отказе от него. Даже не взглянула на него ни разу, закрывала глаза, чтобы не видеть.
Три недели в жуткой депрессии она восстанавливалась дома. Лежала на диване и молча смотрела телевизор.
Когда Семен приходил с работы, а это было обычно глубокой ночью, она уже спала. Утром и днем она с ним почти не разговаривала, обычно готовила завтрак и ела, задумчиво глядя за окно.
Но однажды, когда они ложились спать в его выходной, в понедельник, она вдруг вышла из ванной в одном полотенце и, вместо того, чтобы надеть легкую, воздушную ночную рубашку, вдруг сбросила с себя полотенце, откинула одеяло и села верхом на мужа.
Наклонилась, поцеловала его в губы. Мужчина схватил ее за бедра с диким желанием немедленно засадить ей, и Рита, схватив его набухший член, вставила себе в щелку…
Она скакала на муже, явно наслаждаясь долгожданной близостью. Двигала бедрами, упираясь руками ему в грудь, нагиналась и самозабвенно целовала – нежно и яростно.
Опиралась руками о кровать, выгибалась, показывая ему всю себя, закатывала глаза и явно тащилась от его ладоней, ласкающих ее грудь с твердыми от возбуждения сосками.
А потом вдруг чуть привстала и вставила его твердый, теплый и мокрый член в свой задний проход. Он проскочил, как в вагину – легко и непринужденно заскользил внутри, и только тут Семена окатило волной ревности, жалости и сострадания к любимой женщине. Это как же нужно было раздолбать ее задницу, чтобы после такого количества времени его дрын так спокойно входил в нее…
Но мысли эти быстро ушли, и мужчина просто наслаждался попкой жены, ведь это был их первый анальный секс…
Когда он засопел, готовясь к эякуляции, Рита соскочила с его члена, опустилась между ног на колени и взяла его в рот, энергично дроча и нализывая головку. Ни тени брезгливости на лице, только похоть и удовольствие…
Потом она лежала рядом, у него на плече, и медленно поглаживала его грудь, слегка подергивая редкие волосики, как когда-то давно, когда они только поженились.
А потом она вдруг начала тихо говорить…
— Я готова рассказать… То, что со мной было до того, как меня продали, ты знаешь – сам видел. А потом… После той недели, когда меня возили по клубам и гостям, Саид вдруг радостно заявил, что ты больше ничего не должен, долг оплачен. Я обрадовалась, думая, что этот ад закончился… Рано обрадовалась.
Он тут же добавил, что меня продали, за те самые пятьдесят тысяч долларов, поэтому ты ничего не должен, свободен. Я сразу не поняла, как это, что это значит. А он вывел меня из коттеджа и посадил в машину к каким-то бородатым кавказцам и сказал на прощание, что я теперь принадлежу какому-то Ибрагиму, что теперь он мой хозяин. Я была в шоке…
Ехали мы очень долго. Мужчины заправлялись в дороге, покупали еду и менялись за рулем. Меня выводили только в туалет на заправках, глаз с меня не спускали. Так мы приехали в горы…
В каком-то ауле машина въехала во двор большого дома, меня вывели и передали с рук на руки двум женщинам, которые молча отвели меня в ванную, сами меня отмыли и побрили все — ноги, подмышки, попу и лобок. Я не сопротивлялась, потому что, как к тому времени уже поняла, это было бесполезно.
А потом меня отвели к хозяину, Ибрагиму. Прямо, как была голой, только после ванной, так и отвели…
Это оказался седой старик, довольно поджарый для своего возраста. Думаю, ему было далеко за семьдесят.
Он меня рассматривал, как новую игрушку. Да я и была его игрушкой. Потом стал меня щупать, всю, везде. Затем толкнул на кровать. Я легла. А он разделся, влез на меня и воткнул свой член…
Трахал он меня долго. Кончил внутрь, потом приказал сосать. Когда член снова встал, поставил раком и вставил в жопу. Снова долго трахал, кончил внутрь и снова заставил сосать…
На этот раз я сосала так долго, что у меня челюсти потом не работали. Наконец, он кончил, прямо в горло. Я уж было обрадовалась, что на этом все, но он вдруг кого-то позвал, и пришли пятеро его взрослых сыновей. Он показал им на меня, что-то сказал, и меня снова передали двум женщинам, которые меня отвели мыться.
После ванной они снова отвели меня в спальню, где меня ждали эти пятеро… И всю ночь они меня трахали. По очереди и все вместе, как могли…
Никто из них не пользовался презервативами, кончали в меня. Хорошо, что мне дали противозачаточные таблетки, которые я принимала каждое утро. Правда, однажды они не помогли…
Рита погладила себя задумчиво по животу, вздрогнула и продолжила рассказывать:
— Утром меня снова мыли. Потом накормили и уложили спать. А потом пришли, как я понял, уже их сыновья. И снова меня трахали, двенадцать мужчин, некоторые из которых были почти мальчики. Сомневаюсь, что вообще совершеннолетние.
Целый месяц я жила в этом доме. Утром и днем спала, а вечером и ночью меня трахал Ибрагим и все его семейство. Восемнадцать человек, почти каждый день. Почти – это потому, что иногда кого-то из них не было, уезжали по делам или им было, кого трахать еще – я не знаю, не спрашивала.
Обращались со мной хорошо. Никто не бил, не кричал, только иногда чересчур грубо трахали. Кормили отлично, грех жаловаться — всегда мясо и свежие фрукты с овощами. Я даже дышала свежим воздухом на террасе, любовалась горами…
Бежать я и не думала. Куда? Одна-единственная дорога вела из этого села, а вокруг сплошные горы и ущелья.
Одежду мне дали. Сарафан, накидки, платки, даже нижнее белье. Всего этого было много, но носить его особо не удавалось, так как все равно вечером приходилось все снимать…
Разговаривать со мной особо не разговаривали. Женщины вообще молчали, им явно противно было говорить со шлюхой. А может, мужчины запрещали, не знаю. А мужчины только указания давали – как повернуться и как лечь…
Со временем я стала стараться трахаться. Да, именно так. Потому что, если я отдавалась мужчинам со страстью, они быстрее кончали, меньше меня трахали, меньше мучили. Стала и сама чаще получать удовольствие, сама себя доводила до оргазма, чтобы было не так противно и не так больно.
Из развлечений был только телевизор. И секс…
Во время месячных меня не трогали, брезговали. Я отдыхала в такие дни. Жаль, что их было немного.
Где-то через месяц меня перевезли в другое село, в другой дом. Снова спальня, телевизор, ванная с парой молчаливых женщин в возрасте, и… Больше тридцати мужчин в первый же вечер и ночь. Хорошо хоть, по очереди. Драли меня аж до обеда следующего дня.
Когда меня вымыли, накормили и положили спать, я догадалась, что меня будут трахать всей деревней. И следующие три недели мужчины все шли и шли…
Иногда не успевал уйти один, как приходил другой. Иногда приходили целой компанией и драли так, что падала без сил. А они все шли и шли…
Иногда меня будили, потому что приходил кто-то днем. Я шла в спальню, на свое «рабочее место», в меня спускали пару раз, и я снова шла спать…
Потом было еще одно село, еще и еще… Все то же самое – спальня, телевизор, ванная и еда, и толпа мужчин. Старые, молодые, почти мальчики и глубокие старики. Эти мучили больше других – у них с трудом вставал, приходилось с ними долго возиться…
А потом, в каком-то селе, я встретилась с такой же женщиной, как и я. Ее еще не увезли в другое село, а меня уже привезли. Познакомились.
Ее звали Света. Двадцать два года. Черненькая, очень миленькая, миниатюрная, как дюймовочка. Она рассказала, что уже четыре года ее возят по горам. Четыре года! Боже! Я была в ужасе, когда это услышала. Это во сколько же она туда попала!..
Ее отец взял деньги на бизнес у какого-то бандита, вовремя не отдал. И ее похитили, требуя отдать долг. Отец так распереживался, что его хватил удар, он умер. Денег нет, само собой, и девочку продали…
Да, ее, к сожалению, никто и никогда не выкупит. Так и будет жить секс-рабыней, пока не состарится и умрет.
Она рассказала, что есть еще женщины. Одной сорок лет, и она уже пятнадцать лет в рабынях у горцев. Она даже родила в самом начале от них мальчика, его у нее забрали.

Как все начиналось(кэтти1)

Отдых после работы

В плену твоей власти.