если я давлю на тебя.
— Хорошо. А масло где брать тогда?
— Животное нигде, на животных охотится нельзя. А растительное завтра покажу. Давай спать?
— Давай.
Девушки постепенно засыпают, но жгутик ещё дважды будит Асю и разбуженная стонами гостья обнимает и целует её, не показывая и тени недовольства из-за нарушенного сна.
На следующее утро новенькая просыпается с сильной жаждой и набирая воду со стену пьёт ещё и ещё, чувствуя как раздувается живот. Напившись вдоволь и не собирается нежно разбудить подружку, но на уже проснулась. Девушки выходят в коридор, собираясь позавтракать со всеми, и в этот момент в животике опять бурлит.
— Пожалуйста, покажи мне растения с маслом.
— Да, конечно. Идём!
Девушки добираются до ближайшего зала и азиатка показывает растение с мелкими семенами.
— Вот эти легко можно снять пальцами, они маслянитые, но горькие. А эти, — она показывает крупные орехи другого растения, — очень хорошо сидят. Вкусные, но доставай осторожно.
С этими словами девушка подцепляет ногтями большого, указательного и среднего пальца гладкий бледно-золотистый орех размером со сливу и начинает аккуратно раскачивать, вытягивая из центра маленького цветка на толстой ножке. Наконец протягивает его Асе, предлагая съесть целиком. Орех оказывается немного твёрже миндаля, со вкусом, напоминающим не рафинированное оливковое масло и обычные лесные орехи средней полосы. С удовольствием съев, девушка благодарит и пытается добыть ещё один. Подцепляет, раскачивает, тянет сильнее и внезапно ломает ноготь. Боль пронзает пальчик и она кладёт его в рот. Облизывает, сморит и не обнаруживает крови.
— Я ноготь сломала. Что же теперь делать? — раздаётся грустный голос.
— Отращивать. Тебя ведь учили концентрироваться.
— И у меня будет длинный сломанный ноготь?
— Помнишь водянистые плоды с маленькой косточкой?
— Конечно помню. Они заживляют ногти?
— Нет, к сожалению. Но если косточку как следует обсосать и просушить, можно использовать вместо пилочки. Не так удобно, конечно, но другого ничего нет. Кстати, ты можешь не только ногти отрастить быстрее, но и замедлить их рост.
— А что ещё?
— Да что хочешь, только аккуратнее. Девушки у нас обычно делают так, чтобы волосы где не нужно лишние выпали, и новые не росли, — с этими словами Йунг показывает себе на подмышку, потом на ноги и абсолютно гладкий лобок.
Ася дотрагивается до заметно выросшего за прошедшие дни пушка, вспоминает о том что уже не первый день терпит не приятные покалывания растущих подмышками волос и мысленно соглашается. Йунг подходит и ней ближе, девушки плотной соприкасаются грудями и кореянка жарко шепчет:
— Очень советую увеличить свою жемчужинку там, внизу. Будет гораздо приятнее общаться с симбиотом и не только. Очень-очень советую, — с этими словами она отступает на шаг.
— Спасибо, я подумаю, — декольте новенькой розовеет, и внизу чувствуется приятная истома.
По дороге к Пете она ещё раз слышит бурчание в животе и когда остаётся с четверть пути чувствует слабость. Девушки замедляют шаг и приходят предпоследними. Ира и мужчина жующие фрукты приветствуют их, кореянка присоединяется, а Ася жалуется на животик и решает воздержаться от еды в этот день, беря ещё один водянистый фрукт. Йунг достаёт для неё ещё несколько орехов, а Петя объясняет что чтобы тело менялось быстрее нужно сидеть и концентрироваться на этом. Лучше всего в первой половине дня. Обычно желающие что-то в себе поменять занимаются этим перед обедом. Наконец приходит Эльза. Её живот опал и покрыт послеродовыми растяжками.
— Ух ты! Ты родила?! — восклицает новенькая, — а кого? И где ребёнок?
— Ребёнка забрали, — отвечает мулатка безразличным тоном.
— У нас не приятно об этом расспрашивать, — дополняет Ира, — ты скоро сама всё поймёшь. Ты ведь уже в положении?
— Я? Нет, не может быть, я только появилась здесь, — отнекивается девушка.
— А животик уже начал округляться…
— Это потому что медвежья болезнь и акклиматизация.
— Ты так уверена? А месячные у тебя когда должны начаться?
— Вчера. Ой! Так я и правда могу быть беременна? А от кого? — поняв что сморозила, Ася смущённо опускает взгляд под всеобщий хохот.
Девушки и Петя заливаются несколько минут не в силах остановится, задыхаясь. Эльза слегка повизгивает от приступов неудержимого веселья, снимающего послеродовой стресс.
— Знаешь, это лучшая шутка за много дней, — признаёт Ира отсмеявшись, — пусть и нечаянная. Сегодня день футбола, ты пойдёшь?
— Хочу, только у меня слабость.
— В других командах кто-то наверняка на сносях будет, и тоже не быстро пойдёт.
Эльза берёт несколько фруктов в дорогу, девушки обещают рассказать мужчине как прошёл матч и отправляются в путь.
— Ира, я очень волнуюсь, можешь немного рассказать, как здесь проходят роды? У них наверное всё супер-современное в операционной?
— Операционной нет, но ты не волнуйся. Помнишь червей с когтями на ножках, на которых кончал Петя? — Ася кивает в ответ. — Так вот, это рабочие, помогающие хозяевам. Они помогут. В крайнем случае придут хозяева. Ребёнка иногда забираются сразу, иногда дольше, но не больше чем в первые двое суток. И это большая редкость.
— Двое суток? А потом что?
— Не знаю почему, но внутри ты здесь восстановишься за сутки или двое и будешь способна снова заниматься сексом и зачать. Так что месячных у тебя на этом корабле не будет, забудь о них. Главное, запомни что начиная с третьих суток после родов ты обязана давать первому самцу, который тебя пожелает в течение каждого дня за пределами твоей комнаты. Если ночью в гости придёт, решай сама. Но если весь день будешь дома сидеть, то дома тоже раздвигать придётся. Американка раздвигает как миленькая, несмотря на весь свой гонор. Кроме первого секс в день, можешь это делать с кем хочешь, кроме людей и как хочешь часто. Отказывать можно, когда будешь беременна. И если на миллион процентов не уверена в этом, лучше раздвигай. Иначе оче-нь бо-ль-но накажут. Имей ввиду. Если.
— Понятно. Мне уже говорили про наказания, а что именно будет, всё-таки? А то вдруг совсем мерзкая тварь приставать начнёт… И в какой момент сутки начинаются?
— С сутками просто. Рано утром и вечером свет немного тускнеет, ты научишься различать. А вот с наказанием. В общем, слушай. Тебя вырубят и притащат в комнату без растительности. А потом будет очень много чудовищной боли и одновременно показывать картинки, что нельзя делать. Нельзя чтобы люди кончали в тебя, нельзя вводить их сперму и глотать, нельзя людям трогать гениталии друг друга. Нельзя отказывать первому сущевству через два дня после родов каждый день, пока не залетишь. Тебя будут пытать и показывать картинки ещё и ещё, пока не запомнишь лучше своего имени, — Иру передёргивает и лицо отвратительно искривляется от воспоминаний. Новенькая в шоке делает шаг назад, но опомнившись догоняет свою собеседницу.
— Спасибо, значит если что лучше потерпеть.
— Если что, лучше постараться получить удовольствие, поверь мне, — подмигнула Ира. Кстати, я наверное тоже беременна, конец первой недели, скоро станет видно. Через несколько беременностей ты научишься чувствовать по голоду. А Йунг уже точно на второй неделе, но по ней только на третью становится видно.
В предпоследней зале девушки набирают фруктов и наконец приходят в зал формы не правильного овала с тремя входами, без растительности, не считая мохового ковра. Шестеро обитателей англо-китайской части уже здесь, и все собираются знакомиться. Первым в глаза бросается Ван, вернее его крупный даже висячим член. Встретив его взгляд, новенькая улыбается и говорит:
— Привет!
— Привет! Я немного говорить русский. Ты очень красивая, мне нравится когда там волосы, — Ван бесстыдно показывает пальцем на её лобок, — можно я смотреть?
— Можно, — неожиданно для себя отвечает Ася, — только не трогай.
— Спасибо, — улыбается Ван и устремляет взор на её промежность, — я буду думать о тебе когда захочу ласкать себя.
Не знающая что ответить на такую прямолинейность девушка опускает взгляд и видит как его член быстро твердеет, поднимаясь выше. Эрегированный член не меньше 20 сантиметров длиной и толщиной в её запястье манит и несмотря на обилие людей, она чувствует как начинает намокать. Чтобы как-то отвлечься, знакомится с остальными.
Следующей оказывается китаянка Юнь. Это единственная девушка с естественной порослью на лобке, наверное у них так принято. Она совсем не говорит по-русски, и Ася знакомится с немкой Вилдой. Узнав, что новенькая хорошо говорит по-немецки высокая девушка с огромным беременным животом и заплетёнными в две косы волосами приходит в неописуемый восторг и договаривается прийти в гости после родов. После неё следует знакомство с Джоанной. Американка с крупной аппетитной попой и грудью не меньше четвёртого размера жизнерадостно улыбается и почти непрерывно играет с малыми половыми губами, свисающими почти на ладонь между ног. Видно, что она беременна, но срок не столь большой. Похоже, эта — совсем не феминистка, думает про себя Ася. Наконец с ней здороваются Кэтрин из Новой Зеландии, держащая крупный круглый фрукт, видимо намеченный на роль мяча и очень тепло улыбающаяся беременная тайка Ламаи.
Не зная английский и стараясь не напрягать подруг понапрасну новенькая общается с Вилдой, когда между ног у неё высовывается очередной жгутик. Стесняясь новых знакомых она извиняется и старается отойти чуть дальше, но как и в прошлый раз на глазах своих соседей становится на четвереньки из-за слишком сильных ощущений. Возбуждения от симбиотов теперь наступает почти моментально и она стонет, медленно подмахивая свои естеством, обращённым с собравшимся. Сгорая от стыда оглядывается и видит смотрящего прямо туда и мастурбирующего сразу двумя руками Вана. Ловит его взгляд и волна похотливого возбуждения от ощущения себя самой желанной накрывает её. Поднимая одну руку, девушка сжимает грудь, переминает сосок пальцами. Стонет на весь зал и переворачивается, ложась на спину и продолжая подмахивать. Неотрывно смотрит в глаза бешено мастурбирующему китайцу, перед которым уже стоит опираясь на часть своего тела и держась

Смерть или рождение?

Проклятый лес. Черви и щупальца. Главы 3—4

Чернокнижники. Часть 5