и увлечена минетом, что ничего не соображала.
– Катя, тебе нравится сниматься в порно и сосать члены? – спросила Наташа.
«Угу», промычала я автоматически не задумываясь.
– Вот видишь, Сережа, ты же не будешь обижаться на Катю за то, что ей нравится ее работа. Зато смотри, как она отменно научилась сосать, ты должен быть доволен.
Вдруг я почувствовала, как член начал пульсировать, Сережа застонал и начал изливать сперму мне в рот. Но Наташа резко вытащила его, и струи горячей спермы брызнули мне на лицо — на щёки и губы. Она взяла член в руку и размазала сперму по моим щекам, как крем, смеясь:
– Вот так, Катя, пусть Сережа увидит, какая ты послушная шлюшка. Тебе же нравится, когда кончают на лицо, – сказала она утвердительно.
Я сидела на коленях, а сперма стекала по лицу. Мне было ужасно стыдно перед Сережей, особенно за то, что Наташа назвала меня шлюхой и сказала, что мне это нравится. Хотя если честно, мне действительно это очень понравилось, и я была дико возбуждена — киска пульсировала, а соски напряглись. Серёжа смотрел на меня, тяжело дыша, его глаза были полны смеси возбуждения и шока.
Наташа отпустила член, и Серёжа обессиленно сел на стул. Через минуту его член обмяк. Она быстро взяла клетку со стола и начала надевать её на мягкий член Сережи. Он дернулся, пытаясь помешать ей:
– Наташа, нет! Не смей! Я не буду это надевать.
Но она цыкнула на меня, чтобы я помогла:
– Катя, уговори своего мужа, как обещала.
Я бросилась Сереже на шею, загораживая его член своим телом.
– Сережь, дорогой, сделай это, пожалуйста, ради меня. Я тебя очень люблю и не хочу, чтобы тебе завтра было плохо, – умоляла я.
Я обняла его и поцеловала. Он сдался, расслабился и обнял меня в ответ.
– Всё готово. Птичка в клетке, – услышала я голос Наташи.
Я посмотрела на член Сережи и открыла рот от удивления. Его член был помещён в маленькую, даже тесную, металлическую клетку всего пару сантиметров в длину. Как туда вошел его член, удивлялась я. Затем я снова посмотрела на Сережу и поняла, что измазала его лицо спермой, когда целовала. Стыд кольнул ещё сильнее, но в то же время возбуждение не ушло — я чувствовала, как моя киска все еще течет от всей этой сцены.
– А теперь все в душ — освежимся, – звонко сказала Наташа, вешая ключ на шею.
Она взяла нас за руки и повела в ванную. Мы втроём встали под тёплую воду — голые, тела соприкасались. Наташа взяла гель, начала мылить меня: руки скользили по плечам, груди, животу, между ног. Её пальцы коснулись моей киски, и я вздрогнула — возбуждение всё ещё не проходило, клитор набух. Затем она дала гель Сереже и сказала мылить нас обеих. Серёжа добросовестно намыливал наши тела. Я посмотрела на его член, мне показалось, он напрягся в клетке, выпирая через решётку, но встать не мог. Я с интересом наблюдала за этой тесной металлической штукой, сжимающей его «пипиську» — она выглядела такой маленькой и беспомощной, запертой, как в ловушке. Мне ужасно захотелось потрогать её, поиграться пальцами, подразнить, чтобы посмотреть, как он дергается внутри решётки, — это сильно возбудило меня, жар разлился в киске, но я сдержалась.
После душа Наташа повела нас в спальню. Усадила Серёжу в кресло напротив, а мне сказала ложиться на кровать:
– Смотри внимательно, Серёжа. Сейчас мы с Катей поиграем.
Она легла рядом. Её губы коснулись моей шеи, а затем она начала страстно целовать меня. Её пальцы скользнули ниже, к киске, и она начала массировать клитор кругами, потом вставила два пальца внутрь, двигая ритмично. Я застонала, не удержавшись, бедра сами подались навстречу. Я получала удовольствие около минуты, затем Наташа снова поманила Сережу пальцем. Сережа подошел к нам, возможно, ожидая, что Наташа откроет клетку. Но вместо этого она показала ему на мою раскрытую киску.
– Сережа, иди отблагодари Катю за то, что она так хорошо тебе отсосала. Полижи ей как следует, – сказала Наташа.
На удивление Сережа выполнил её просьбу и прижался губами к моей киске. Я почувствовала, как он страстно орудует языком у меня внутри. Он явно снова был сильно возбужден – его дыхание было горячим, язык скользил по клитору, входил глубже, и я не удержалась, застонала, бедра сами подались навстречу. Через пару минут я почувствовала, что кончаю. Обхватив его голову руками, я с силой прижала её к киске и бурно кончила. Кончив, я отпустила Сережу, мое тело обмякло, и я погрузилась в небытие. Где-то далеко я услышала голос Наташи.
– Молодец, Сережа, а теперь помоги мне расслабиться.
Когда я пришла в себя, то увидела, что Наташа лежит рядом с раздвинутыми ногами, а Серёжа лижет ей. Его голова была между её бёдер и Наташа стонала, держа его за волосы, прижимая ближе. Мне стало очень неприятно, и я почувствовала ревность, когда увидела, что мой муж лижет другую женщину, при мне.
– Сережа, Наташа, что вы делаете? – жалобно спросила я.
Но ответа не было. Наташа извивалась, её стоны становились громче, и через минуту она кончила, тело содрогнулось, она закричала, прижимая его голову.
– О да, Сережа, хорошо поработал, – выдохнула она, отстраняясь.
Сережа поднял голову, его лицо блестело от её соков, и он выглядел очень возбужденным. Сережа посмотрел на меня с вожделением, в его глазах читалась страсть. Он потрогал член, запертый в клетке и рвущийся наружу.
– Наташа, сними эту штуку, я хочу трахнуть Катю, – попросил он.
– Нет уж, до завтра тебе придётся быть в ней. Ладно, я пошла собираться, мне домой надо, а вы тут с Катей отдыхайте, – сказала Наташа.
Она встала и начала одеваться. Одевшись, она направилась к двери.
– Наташа, ты хоть ключ оставь, – крикнул Сережа.
– Завтра, после съемок отдам, не волнуйся. Всё, отдыхайте, – сказала Наташа, хлопая дверью.
Я всё ещё лежала на кровати, пытаясь прийти в себя после всего, что произошло. Сережа сидел рядом, тяжело дыша. В комнате повисла тишина, прерываемая только нашим дыханием. Мне было не по себе — воспоминания о том, как он лизал Наташу, крутились в голове, смешиваясь с ревностью и виной.
– Сережа, как ты мог? – наконец выдавила я, садясь и обнимая колени. – Ты… ты лизал ей! Прямо при мне! Это… это гадко.
Он поднял взгляд, его лицо всё ещё было красным от возбуждения и стыда.
– Катя, прости, я… я не знаю, что на меня нашло. Я так возбудился от всего этого — от того, как вы с Наташей… Я не смог сдержаться. Но ты же сама… ты же тоже участвовала! Ты меня провоцировала. И вообще, ты не имеешь права меня упрекать после того как на съемках делаешь минет другим мужчинам. Обиженно сказал он.
Его слова кольнули, как нож. Я почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза. Но он был прав. Я не имела право его упрекать, ведь по сравнению с ним я была просто шлюхой. Я уже сбилась со счета сколько членов я сосала за последние несколько недель. А сегодня я дала трахнуть себя в зад режиссеру. Нужно было извиниться перед Сережей.
– Прости дорогой, ты прав я не могу тебя винить. Я не злюсь на тебя, просто мне было обидно смотреть на вас.
Сережа встал, подошёл ко мне и сел рядом на кровать. Он обнял меня за плечи, его руки были теплыми.
– Катюша, прости меня. Я не хотел тебя обидеть. Просто… всё это было как во сне. Наташа… она как будто гипнотизировала. Но я люблю только тебя. Давай не будем ругаться, мы и так в сложной ситуации.
Я помолчала, чувствуя, как обида уходит под его прикосновениями. Он прав — я сама сговорилась с Наташей и винить его несправедливо. Я повернулась и обняла Сережу в ответ. Мы посидели так немного, обнимаясь, и напряжение спало. Сережа поцеловал меня в щёку, потом в губы, и я ответила, чувствуя лёгкий жар от его близости.
– Катя… а то, что ты сказала… когда сосала… что тебе нравится сниматься в порно – это правда? – вдруг спросил он тихо, глядя мне в глаза.
Я покраснела, стыд нахлынул снова.
– Нет, Сережа, конечно нет! Я… я не понимала, что говорю. Голова отключилась, и я просто… на автомате ответила. Мне стыдно за это, я не хотела. Я делаю это только из-за долга, не потому что нравится.
Он кивнул, обнимая меня крепче.
– Я тебе верю. Давай просто забудем.
Мы привели себя в порядок и легли в постель, Сережа прижался ко мне сзади, его руки скользнули по моему телу. Он начал ласкать мою грудь, потом спустился ниже, пальцы коснулись киски, и я вздрогнула от удовольствия.
– Катюша, я так возбужден после всего этого… – прошептал он хрипло. – Хочу тебя, но эта штука… она не даёт. Член болит, рвётся наружу, но не может.
Я почувствовала его клетку, прижавшуюся к моей попе, и лёгкий жар от его слов. Его пальцы продолжали ласкать меня, но он не мог войти. В итоге мы просто обнялись, и уснули.
—
Репетиция для Сережи
На следующее утро я проснулась от ощущения, что Сережа лежит рядом, прижавшись ко мне. Его руки ласкали мою попу, постепенно переходя выше, на грудь. Его пальцы ласкали меня нежно, но настойчиво. Его ласки разжигали тепло внизу живота, но клетка на его члене не позволила перейти к большему. Я чувствовала, как он напряжен, его дыхание было тяжелым, и он слегка прижимался ко мне бедрами, словно пытаясь хоть как-то облегчить дискомфорт.
Потом Сережа встал, явно чувствуя неудобство от того, что член распирал крошечную клетку, и пошел в душ. Я села на край кровати, глядя ему вслед. Он задержался в туалете дольше обычного, и я подумала, что клетка ему мешает — наверное, даже простые вещи стали проблемой.
Когда он вышел, он снова подошел ко мне, обнял за талию, его руки скользнули ниже.
– Катя, я так тебя хочу после вчерашнего, – прошептал он, целуя меня в шею. – Но эта клетка… ничего не дает.
– Не переживай, дорогой. Сегодня после репетиции Наташа вернет ключ, – ответила я, стараясь звучать спокойно, хотя сильно переживала от предстоящих событий.
Мы пошли на кухню, и я приготовила завтрак. Сережа сидел за столом, глядя на меня, и его взгляд был каким-то странным, смесью нежности и напряжения. Мы быстро позавтракали в тишине – разговор не клеился. Ожидание сегодняшних съемок давило на нас обоих.
После завтрака я собралась стараясь не

Горячий вихрь

Я рождена для минета…

Твои шлюшьи приключения: Лифт.