учреждения изобразительного искусства, сидели парочками во втором ряду от подиума. Прыщавый длинноволосый пацан всё время сосал край карандаша и что-то нашептывал сидящей рядом девушке. В первом ряду, прям передо мной, сидела небольшого роста женщина в круглых очках. На вид ей было за 50, она с открытым ртом слушала преподавателя и очень внимательно разглядывала меня. Для неё я действительно был арт-моделью, чего не сказать про молодежь, они совсем другими глазами смотрели на меня. Улыбка не сходила с их физиономий на протяжении всей лекции, и они уж точно смотрели на меня не как на модель, а как просто на голого мужика. Тем временем Ирина закончила свою вводную часть и отошла на задний план. В заднем ряду были еще два стула с мольбертами, и она села на один из них. Она смотрела оттуда на холсты учеников и на меня. А я стоял задеревеневший в неподвижной позе, внутри у меня всё сжалось, да и не только внутри. Мои мужские органы съежились в комок как после ледяной воды. Я представлял что сейчас видят все кто смотрит на меня. В общем ужас. Скорей бы всё кончилось, — только об этом и думал я.
— Дима, а ты можешь шевелится, — заметив мое напряжение, сказала Ирина. Не обязательно застывать, так ты долго не выстоишь. Можешь на время менять позу, слегка переминаться, но конечно возвращаться в исходное положение.
Я кивнул головой. В этот момент открылась дверь и вошла женщина. С ней была маленькая девочка.
— Ой! – первое что произнесла она, увидев меня. Извините, задержалась. Дочку не с кем было оставить.
— Здравствуйте, Марина, — сказала негромко Ира. Да, мы уже начали. Но ничего, садитесь, готовьтесь, а я вам подскажу с чего начинать. У нас сегодня мужская натура, графика.
— Ага, я уже заметила, — улыбнувшись, ответила та. Сейчас.
Женщина стала шуршать бумагой, закрепляя её на мольберте, и усаживать дочь. Ирина уступила ей стул, и женщина посадила девочку спиной к подиуму, но та никак не хотела так сидеть и постоянно вертелась.
Я был повернут вправо и не видел толком лица женщины, но голос её мне показался очень знакомым. Сомнения не давали мне покоя и я все таки повернулся и посмотрел на неё.
Ёма-ё! Да, так и есть, это Маринка из моего класса, — подумал я. Ну надо же так меня угораздило, так облажаться! Что она здесь делает вообще? Это девушка за которой я ухаживал последние два года в школе. У меня еще больше всё сжалось от напряжения и стыда. Я чувствовал, как краска заливает мне шею и щеки и хотелось провалится под пол. Но делать было нечего и я опять отвернулся и принял прежнюю позу. Я только боковым зрением мог улавливать что там делает она. Марина тем временем приступила к рисованию и Ирина ей стала тихонько что-то пояснять.
Тут еще женщина, сидевшая в первом ряду, то и дело стала вставать, подходить ко мне вплотную и разглядывать то что ей хотелось. Это еще больше вгоняло меня в краску.
— Людмила Владимировна, что вы там всё так скрупулёзно рассматриваете? – заметила Ирина. Не вгоняйте нашу модель в смущение.
— Ну, то что у него между ног, — честно призналась та. Писюн и другие причиндалы. Уж больно плохо видно.
— Людмила Владимировна, это половой член. Мы взрослые люди, называйте всё своими именами.
— Ну да, член. Только мелковат что-то, что аж потерялся среди зарослей.
Среди молодежи послышался смешок.
— Рисуйте как есть, так, как вы это видите. Не надо сильно деталей.
Всё, подумал я, этот день закончится и больше не приду. Отдам деньги, извинюсь, но с меня хватит этого позора. Где-нибудь перезайму лишь бы больше не испытывать всего этого. А время как назло тянулось медленно.
Дверь в класс открылась и вошла высокая женщина.
— Здравствуйте ребята, здравствуйте Ирина Александровна, — вполголоса сказала она.
— Добрый день, Алла Сергеевна, — ответила Ира.
— О, вы нашли мужчину-натурщика? – взглянув на меня, сказала она. Хорошо, хорошо.
— Ребята, перерыв 15 минут, — сказала Ирина. Дима, можешь передохнуть.
Я с облегчением выдохнул и пройдя за ширму плюхнулся в кресло.
Но тут же следом зашли и Ирина с этой женщиной.
— Это наша директриса Алла Сергеевна, — представила Ирина.
— Здравствуйте. Дима, — ответил я.
На ней была светло-серая блузка и юбка-карандаш, а на глазах узкие прямоугольные очки, от этого её вид казался очень строгим.
Она оценивающе оглядела меня.
— И сколько? – спросила она Ирину.
— Две тысячи, — ответила та. Сейчас мужскую натуру найти сложно. Все стесняются мужчины.
— Да? А Виктора Сергеевичу звонила?
— Да, конечно, много раз, но трубку не берет, ни днем ни вечером.
— Жалко. Он бы и за меньшую сумму согласился, а то и вообще бесплатно прибежал бы, — засмеялась она. Ну да ладно. Но я думаю полторы это максимум что мы можем дать.
— Ну как же, Алла Сергеевна, я ведь уже договорилась с человеком, — обиженно посмотрела на неё Ирина. Ему деньги очень нужны, поэтому он и согласился, а так бы и не пошел. Он не профессиональный натурщик, просто человек вошел в положение. Он нам поможет, а мы ему.
Директриса посмотрела на Ирину, потом на меня.
— Ну ладно, две так две, — улыбнулась она. Получишь все деньги за эти дни, только еще небольшую работу выполнишь для нас.
— Какую еще?! – возмутился было я.
— Ничего делать не придется. Разве что полежать пару часов. Два часа – пятьсот рублей. Не плохо же, а? Даже я такими темпами не зарабатываю!
Мне опять ничего не оставалось как согласится. Директриса ушла, а Ирина только пожала плечами как бы говоря «ну ты извини, если чё».
Время перерыва закончилось, и я опять взошел на свой подиум и принял ту же позу. Ученики сели за мольберты и продолжили своё рисование. Ирина тихонько вышла, сказав, что скоро вернется. Всё шло тихо и спокойно, только пение хора из соседнего класса нарушало тишину кабинета, и меня даже немного отпустило. Я посматривал на увлеченных рисованием людей, переминался с ноги на ногу, и ждал окончание часа.
Моей однокласснице Марине видимо уже надоело дергать дочку, чтоб та смирно сидела, и девочка уже свободно разгуливала по классу, заглядывая в рисунки учеников. Иногда она подходила и ко мне, и с любопытством разглядывала «что там у дяди такое непонятное». Я тогда подмигивал ей, и делал рожи, и девочка в ответ хихикала и показывала язык. А что оставалось делать? Не прикрываться же каждый раз, или отгонять её. Вот она подошла к маме и что-то шепнула ей на ухо. Та взяла её за руку и они вышли из кабинета. Дверь осталась открытой и я увидел, что Марина с дочкой направились в туалет.
Вдруг послышался шум-гам и топот ног. Тишину нашего урока нарушили ученики с хорового пения, которые выбежали на перерыв. Десяток пацанов и девчонок бегали и громко разговаривали как в школе на перемене. Я стоял напротив и мне виден был весь коридор, по которому носились ученики. Я их видел, и заметил, что некоторые из ребят тоже обратили на меня внимание. Они начали заглядывать в класс, сначала один, потом другой. Всё происходило очень быстро, и через пару минут я был уже в центре внимания всех находившихся в коридоре. Они даже забыли свои игры и ходили и показывали друг дружке на меня и весело обсуждали.
Я опять напрягся. Этого мне еще не хватало! Влезла еще такая мысль, что мы все по сути из одного района, и наверняка из этой толпы кто-то живет и в моем дворе. Увидят и всё, будут потом пальцем показывать при каждой встрече.
Через пару минут вернулась Ирина, разогнала толпу и закрыла дверь. А ученики из моей студии даже и не поняли, и ухом не повели чтобы закрыть дверь. А может кто и понял, да и специально не пошел закрывать. Для них же это прикольно.
Потом вернулись и Марина с дочкой.
Через какое-то время Ирина обошла класс и осмотрела работы.
— Очень хорошо. Отмечу работу Людмилы Владимировны. Не даром она так внимательно разглядывала нашу модель.
И потом, посмотрев на часы объявила, что на сегодня занятия окончены.
— Послезавтра будем рисовать красками, — добавила она. Приносите акварель, а кто пожелает может масляные приносить.
Ученики стали собираться и я с облегчением пошел за ширму. Один день закончился, подумал я и стал одеваться. Ирина попрощалась с учениками и подошла ко мне.
— Ну чё, как ты? Всё нормально? – виновато спросила она.
— Сейчас уже да, — ответил я. А так вообще кошмар честно говоря.
— Ну не переживай. Всё нормально. Завтра то придешь?
— Да приду конечно, Ир. Раз обещал, то приду.
— Хорошо. Спасибо тебе. А слушай, послезавтра к Алле Сергеевне?
— Да, помню, Ирина Александровна! Приду, приду.
Я попрощался с Ириной и вышел из здания. Тут я заметил, что Марина с дочкой стоят неподалеку от ДК. Не знаю, узнала она меня или нет, подумал я. Не очень хотелось встречаться с ней при таких обстоятельствах. Надеясь, что она меня не узнала, я решил спокойно пройти мимо и пошел. Но не тут то было. Только я поравнялся с ними, Марина окликнула меня.
— Эй, Димка, привет. Ты не узнал меня что-ли? – Марина с улыбкой смотрела на меня.
— О, привет! Марин это ты? – глупо улыбаясь ответил я.
— Ну я конечно. Что, сильно изменилась?
— Нет, это я просто весь в своих мыслях шел, — попытался отмазаться я.
Марина рассмеялась.
— Никогда бы не подумала увидеть тебя здесь. Ты же такой застенчивый был мальчик. Ты давно натурщиком работаешь?
— Да нет, просто Ирине помогал. Попросила на четыре дня. Я тебя тоже не ожидал увидеть здесь. Как у тебя дела, чем занимаешься, вижу у тебя дочка уже?
— Да, дочка. Это моя младшая, а старшей уже 15! А у тебя что на личном фронте?
— Да, — отмахнулся я. Всё сложно!
— Ну понятно. А я после школы закончила Политех, потом сразу вышла замуж, потом родила. Так как то. И с тех пор толком не работала.
— А что так? А за кем замужем?
— Замуж за Димку Саломатина вышла, ты его знаешь. На класс старше нас учился. Он же с молодости

Наполовину одетая

Университет секса (Оксана) (3 часть: Вечеринка)

Незнакомка в чулках