накрыла обоих, мир для них сосредоточился только в их гениталиях. Наконец, когда немного отпустило, партнер сделал поступающее движение, выгнувшись мостиком, и снова ввел до середины член, вошедший на смазке из семени намного легче, боль вспыхнувшая в чреве Насти, была немного слабже прежней, и она с удовольствием отдалась ритму совокупления.
Ее вагина болела и ныла. Разъединившись окончательно с киуном, Настя легла рядом. Член, блестящий спермой, измазавшей его до середины, дернулся от возбуждения перед глазами Анастасии. В рот набежала слюна, не сдерживаясь больше, молодая девушка охватила губами головку пениса и сразу же собрала и проглотила семя зверя. Тот поддался вверх тазом, продолжая делать поступающие движения. Член вошел в рот еще глубже. Продолжая обсасывать с огромного члена сперму, Настя, обхватив основание ствола пениса, стала поглаживать его и муструбировать. Обсосав сперму, Настя начала целовать и лизать член, пока тот не извергся второй раз, темно-серым и очень густым семенем. С головки потекло, и Настя стала жадно подхватывать языком и губами тяжелые капли спермы, перекатывая в рту, она смаковала их солоновато-маслянистый вкус и запах.
Убедившись в расслабленности самца и в том, что больше нет семени, Анастасия приподнялась и переползла поближе к голове Ит-кая. Тот спросил: «Тебе понравилось?» Настя поцеловала его сосок и ответила утвердительно. Подцепив кончиком крыла оранжевую тряпку, киун кое-как укрыл любовницу, и в вдвоем с ней завернулся в свои крылья. Так, спящими в обнимку они и встретили рассвет.
Часть пятая.
Лучи солнца ласково пригревали обнаженные плечи Анастасии. Солнечный зайчик забегал туда-сюда по лицу девушки, вызывая недовольное бурчание. Настя повернулась и уткнулась
носом в грудь Ит-кая, но ей все равно не дали поспать. Со словами: «Просыпайся соня», — киун пощекотал, чуть курносый, нос Насти перышком. Та некоторое время боролось с чихом, но борьба была безнадежной, через несколько секунд крышу таверны огласил по-женски громкий «А-а-п-чх-и!». Приподнявшись на локте, Анастасия недовольно посмотрела на любовника:
 — Злодей! зачем разбудил?
 — Сколько можно спать?
 — Пока не высплюсь!
 — Кто рано встает, тот все успевает.
 — У нас говорят: «… тому Бог дает»
 — Вот! Еще один повод встать!
 — Негодяй… как спуститься с этой каланчи!?
 — Вон там люк, выводящий на верхние этажи… — Анастасия резко перебила его:
 — А вчера нельзя было через люк!? Надо было петлю Нестерова закладывать?
 — Чего? Какую петлю?
 — О-о-о-х-х-х-х!!!… — Настя всерьез разозлилась, даже кулаком стукнула в плечо Ит-кая, — балда ты! Зачем летать потащил!?
 — Романтично… И кстати люк, в другом здании находиться. Мы выпрыгнули вон из того главного здания таверны — и показал на строение напротив, там виднелось огромное окно, на последнем этаже.
Возмущенно пыхтя, Анастасия встала и быстро оделась. Когда повернулась к Ит-каю, тот уже стоял завернутый в онгу, и насмешливо рассматривал Настю. Через полчаса они уже сидели в обеденном зале таверны и вкушали завтрак. Еду и закуски подавал сам хозяин таверны — орк. Одет он был в штаны из мягкой кожи и сапоги до середины голени. Мощный торс серого цвета был покрыт узорными ритуальными шрамами и сплошной татуировкой по всему телу, изображающей какие-то закрученные протуберанцы. Черные, блестящие, как маслины, глаза недобро покосились на Анастасию.
 — Чего это он? — спросила Настя, кивнув на орка
 — А-а, не обращай внимания, он людей терпеть не может, в последнюю войну люди вырезали весь его клан… ему в общем-то нельзя появляться на территории империи — сразу рабский ошейник или объятия палача, что вероятнее. Но я ему помог обустроиться в этом богами заброшенном уголке империи.
 — И когда была эта война?
 — Три года назад.
 — И что за война?
 — Нечисть собрала большие силы. В союзе с бунтующими ашхулай и нелюдью напали с разных сторон. Орки перешли северо и юго-восточную границу империи, разные племена троллей — западную. Одновременно. Порознь они не представляли опасности, на каждую группировку хватило бы по легиону. Но мятежные ашхулай и нелюдь подняли восстание в южных провинциях, и основные силы были оттянуты туда. В общем там были мелкие стычки, партизанская война, пока орки и тролли не объединились в одно войско. Под городом Нтахнарбад, на реке Аралка, нечисть разбила легион и опустошила город и его окрестности. Шесть легионов прекратили ловить эльфов и гномов с урук-хаями, и отправились уничтожать нечисть. Те быстро заняли Нтахнарбад и стали ждать осады. Жратвы у них много, в городе жило тридцать тысяч жителей… а тролли с орками могут и с душком человечину покушать. В общем, четыре легиона ломанулись в осаду брать, а два тылы прикрывать остались, сражаясь с отрядами нелюди. Те как крысы наскакивали и убегали. Эти два легиона не должны были дать им объединиться в большую армию. Короче осада длилась месяц, в боях и штурмах полегло сорок тысяч людей — две трети легионов, а нечисть легла вся. Нелюдь тоже перебили, когда те объединились все-таки, и попробовали снять осаду. Потом были карательные экспедиции из столицы. Зачищали южные провинции от мятежных элементов и революционных настроений. Орков и троллей даже не считали — сдохло примерно пятьдесят тысяч. Эльфов и прочих — тридцать тысяч. А в зачистках сотни две мирных жителей эльфов и гномов. Двести тысяч имею в виду. Потом карательные легионы перешли границы и там устроили резню среди кланов орков и троллей. На юге почти никто теперь не живет. Пустынный район.
Настя в ответ ничего не сказала, занятая мыслями о геноциде и Второй Мировой войне в ее родном мире. Так в молчании они и закончили завтрак, после чего Ит-кай повел Анастасию на прогулку в лес, на ходу рассказывая истории и мифы империи и народов, населяющих большую страну…

Твои шлюшьи приключения: Лифт.

Фантазёрка

Ванины рассказы. Часть 1: Как я стал мужчиной