разглядывая, как капли спермы стекают с моего подбородка. — Но не всё ещё выпила.
Его пальцы впились в мои волосы, заставив опустить лицо ниже. Член, всё ещё влажный от моих слюней, тыкался мне в нос, а под ним висели капли чего-то белого и густого, смешанного с прозрачной слизью. Я закрыла глаза и провела языком по всей длине, стараясь не думать о том, что это за вкус. Солёный, с горчинкой, с чем-то ещё, от чего скручивало желудок.
SUММАRY^1: Несмотря на отвращение, Маша была вынуждена продолжить ублажать его член ртом, пока он не кончил снова, заполнив её рот густой спермой. Когда она попыталась отстраниться, он грубо заставил её проглотить всё до последней капли, насмехаясь над её унижением.
— Вот так, — он застонал, когда мой язык скользнул под головку. Его пальцы дрожали, сжимая мои волосы. — Вылижи всё, до последней капли.
— Вылижи, сука, дочиста, — охранник дёрнул меня за волосы, заставляя ещё раз провести языком по его уже мягкому члену. Я почувствовала, как последние капли спермы смешиваются с потом на его коже. Он оттолкнул меня ногой, и я упала на каменный пол, чувствуя, как липкие потоки спермы стекают по моим бёдрам. — Теперь марш в подвал. Хозяйка не любит, когда шлюхи пахнут прошлыми клиентами.
Он схватил меня за ошейник и потащил по узкому коридору, где из щелей в стенах сочилась сырость. В подвале пахло плесенью и чем-то кислым — возможно, мочой. Охранник пнул ведро с водой, которое стояло в углу. Лёд плавал на поверхности.
— Мойся. И вычисти свою дыру, — бросил он мне грубую тряпку, больше похожую на мешковину. — Не все клиенты любят чужую сперму.
Я опустилась на колени перед ведром, дрожа от холода. Тряпка царапала кожу, когда я пыталась смыть с себя пот, сперму и кровь. Вода была ледяной, но я терпела, сжимая зубы. Хуже всего было вычищать себя внутри — пальцы дрожали, когда я пыталась выскрести липкую массу из своего влагалища. Оно болело так, будто меня разорвали изнутри.
— Быстрее, шлюха, — охранник пнул ведро, и ледяная вода плеснула мне на грудь. Он расхохотался, увидев, как мои соски тут же затвердели от холода. — Вот и подготовилась для клиентов.
SUММАRY^1: После того как Маша закончила ублажать клиента, охранник оттащил её в подвал и заставил вымыться ледяной водой. Он смеялся, наблюдая, как она дрожит, пытаясь очистить себя от его спермы и крови, прежде чем её отправят к следующему клиенту.
Он снял наручники, но ошейник остался — кожаный, с металлической бляхой, на которой было выгравировано «Собственность Чёрного Клыка». Затем швырнул мне в лицо что-то лёгкое и прозрачное. Платье. Если это можно было так назвать.
Ткань была настолько тонкой, что я видела сквозь неё свои синяки. Юбка едва прикрывала ягодицы, а разрез спереди доходил почти до лобка. Грудь почти полностью вываливалась из глубокого выреза — достаточно глубокого, чтобы видеть тёмные круги вокруг сосков. Охранник смотрел на меня, облизывая губы, пока я натягивала этот лоскут ткани.
— Всё равно прикроешь только синяки, — хрипло рассмеялся он, хватая меня за ошейник и таща в новую комнату. Здесь стояла кровать с грязным матрасом и ведро в углу — видимо, для отправления нужд. Охранник приковал цепь от моего ошейника к кольцу в стене. — Жди клиентов.
Я села на кровать, стараясь прикрыть ноги юбкой, но ткань тут же съехала в сторону. Холодный камень пола под босыми ногами. Я представила, как через час буду рада даже этой кровати.
Дверь распахнулась через полчаса. Я вздрогнула, ожидая увидеть охранника, но вместо него в проёме стояла гора мышц и шрамов — зелёная кожа, клыки, торчащие из нижней губы, и глаза, горящие как угли. Орк.
Он бросил охраннику мешочек с глухим звоном монет и шагнул внутрь. Дверь захлопнулась. Орк не стал ничего говорить — просто схватил меня за волосы и перевернул на живот. Его ладонь шлёпнулась по моей заднице, оставляя горячий след.
SUММАRY^1: Маше выдали полупрозрачное платье, не скрывающее её тело, и приковали цепью к кровати в новой комнате. Через полчаса появился её следующий клиент — орк, который сразу же бросил монеты охраннику и без слов приступил к делу, схватив её за волосы и перевернув на живот.
SUММАRY^2: Маша подвергается жестокому сексуальному насилию со стороны клиента, который заставляет её выполнять унизительные действия, включая оральный секс и принудительное проглатывание спермы. После этого её отводят в подвал, где охранник насмехается над её состоянием, заставляя мыться ледяной водой, и отправляют к следующему клиенту — орку, который сразу же начинает грубый секс без предисловий.
— Не дёргайся, — прохрипел он на ломаном языке, срывая с меня платье одним движением. Ткань порвалась с хрустом. Его руки подняли меня, как куклу, поставив на четвереньки. Я почувствовала, как его член прижимается к моей спине — горячий, толстый, как моё запястье.
Он не стал возиться. Один резкий толчок — и я закричала. Его член вошёл глубже, чем я думала возможным, разрывая меня изнутри. Орк зарычал, схватив меня за бёдра и вгоняя себя снова и снова. Его живот шлёпался о мои ягодицы с мокрыми хлопками.
Я цеплялась пальцами за матрас, чувствуя, как он рвётся под моими ногтями. Каждый толчок отдавался болью в животе, но орк не останавливался. Он изменил угол, и вдруг что-то внутри ёкнуло — странное, почти приятное ощущение, смешанное с болью.
— Вот ты где, — прохрипел орк и начал бить в эту точку с методичностью кузнеца. Я застонала, несмотря на себя. Его пальцы впились в мои бёдра, оставляя синяки, а дыхание обжигало спину.
Орк зарычал, ускоряясь. Его член пульсировал внутри, становясь ещё больше. Последний толчок вогнал меня лицом в матрас. Я почувствовала, как что-то горячее заполняет меня — густое, почти обжигающее.
— Теперь ты настоящая шлюха, — прохрипел орк, вытаскивая член с хлюпающим звуком. Его сперма хлынула из меня на матрас. Он шлёпнул меня по заднице, оставив горячий след, и вышел, даже не взглянув назад.
SUММАRY^1: Орк взял Машу без прелюдий, войдя в неё с такой силой, что она закричала. Он методично трахал её, пока не нашёл чувствительную точку, заставив её стонать от смеси боли и удовольствия. Закончив, он оставил её лежать в луже спермы, назвав настоящей шлюхой.
Я осталась лежать, дрожа. Влагалище горело, а по внутренней стороне бёдер стекала смесь спермы и крови. Попытка сдвинуться вызвала резкую боль — будто меня разорвали изнутри. Я закрыла глаза, но слёзы всё равно потекли. Где-то скрипнула дверь.
— Ну и вид, — охранник стоял на пороге, усмехаясь. Он бросил мне ту же грубую тряпку. — Убирайся. Следующий клиент через час.
Я попыталась встать, но ноги подкосились. Пришлось ползти к ведру с водой. Лёд уже растаял, но вода была ледяной. Тряпка царапала кожу, когда я пыталась смыть сперму орка. Влагалище болело так, что каждый прикосновение вызывало новый приступ тошноты.
«Боги, кто это сделал с тобой?» — голос был мягким, почти музыкальным, но с оттенком чего-то, от чего кожа на затылке заныла. Я не сразу поняла, что это эльфийский акцент — слишком изящный для этого проклятого места.
Эльф.
Я бы никогда не догадалась, если бы не его пальцы — длинные, тонкие, с идеально очерченными ногтями, которые сейчас скользили по моей щеке, убирая слезу. Его глаза светились в полумраке, как два кусочка лунного камня.
«Ты дрожишь,» — он наклонился, и его серебристые волосы упали мне на грудь, холодные, как шёлк. Его пальцы коснулись синяков — и вдруг боль ушла, будто кто-то выключил тумблер. Я ахнула, чувствуя, как кожа под его ладонью теплеет.
— Кто… — я начала, но он положил палец мне на губы.
— Тсс, — он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то древнее, как будто передо мной сидел не мужчина, а само дерево, которое вдруг решило заговорить. — Ты ранена.
SUММАRY^1: После ухода орка Маша осталась лежать, дрожа и испытывая боль. Охранник приказал ей убраться и сообщил о следующем клиенте через час. Пытаясь привести себя в порядок, она столкнулась с новым посетителем — эльфом, который неожиданно проявил заботу, исцелив её синяки магическим прикосновением и назвав раненой.
Его руки опустились ниже, к моим бёдрам, где уже начинались синие пятна от пальцев орка. Я зажмурилась, ожидая боли, но вместо этого почувствовала странное тепло. Когда я открыла глаза, синяков уже не было — только бледная кожа, будто их и не было.
— Как… — я прошептала, но он снова заставил меня замолчать — на этот раз губами. Они были холодными, как лесной ручей, и сладкими, как мёд. Его язык коснулся моих губ — нежно, почти невесомо, и я почувствовала, как всё тело покрывается мурашками.
Он медленно провёл пальцами по моей шее, плечам, груди — везде, где были следы прошлых клиентов. И везде, где касалась его кожа, боль уходила, словно её смывало тёплой волной. Когда его ладонь коснулась моего живота, я вдруг почувствовала странную пульсацию внизу — не боль, а что-то тёплое и щекотливое.
— Ты слишком напряжена, — прошептал он, и его голос звучал так, будто доносился из-под земли. — Расслабься.
Его пальцы скользнули ниже, к моим бёдрам, и я инстинктивно сжала ноги. Но он не стал раздвигать их силой — просто положил ладонь мне на лобок и замер. Через мгновение я почувствовала, как опухоль внутри начинает таять, а жгучая боль сменяется приятным теплом. Я ахнула, чувствуя, как мои половые губы возвращаются к нормальному размеру, а покраснение исчезает, словно его и не было.
— Ты… лечишь меня? — прошептала я, чувствуя, как его пальцы начинают нежно водить по моей промежности, уже не исцеляя, а лаская.
SUММАRY^1: Эльф продолжил исцелять Машу, касаясь её бёдер, шеи и плеч, где оставались следы жестокого обращения. Его прикосновения снимали боль, а когда он дотронулся до её живота, она почувствовала странное тепло. Он ласкал её промежность, сначала исцеляя опухоль, а затем перейдя к нежным ласкам, пока она спрашивала, действительно ли он её лечит.
— Ты ранена, — ответил он, и его пальцы скользнули глубже, касаясь тех мест, где ещё минуту назад было больно даже дышать. Теперь от каждого прикосновения по животу пробегали тёплые волны. — Но я могу сделать так, чтобы тебе

Виктор-педагогическая поэма или вторая жена папы

Жена ШЛЮХА

Массажист для жены