на бок. Пусть вода всё там размочит. Потом сделаем вторую. Я замешала сюда пять ложек морской соли, так что затем следует промыть чистой водой.
Чего она также не ожидала, под ласки прилёгшей рядышком Валентины удалось продержать воду в животе больше пятнадцати минут. В поликлинике она не могла выдержать лишней секунды. Здесь она не смущалась, расслабилась всем телом и сознанием. Только почувствовав, что последний долгий позыв стал уже нестерпим и не отпускает, женщина со всех ног, колыхаясь бесчисленными жировыми складками и отвислым животом, поспешила в туалет.
Сильный шумный поток воды вместе со всеми накоплениями в прямой кишке рухнул в унитаз. Через несколько минут она подтёрла попу, и вновь легла под уже ожидающую её вновь заполненную клизму.
Опять приятное шевеление от низа живота и до самого сердца, когда Валя плавным движением ввела наконечник. У Нины даже задёргался анус. Время процедуры пролетело как один вздох. Задержать в себе воду на целых полчаса тоже не составило труда. Теперь Нина пошла в туалет чтобы не тянуть зря время и поскорее отдаться любимой, слиться с ней в единое тело, единую душу.
Выйдя после крепкой солевой клизмы с упоительной лёгкостью в животе, она увидела что Валя уже с томным видом ожидает её. Лёжа на боку, далеко выставив попу. Раздутая наполненная клизма висела наготове, ожидая своей минуты.
Нина раздвинула ей половинки, между которыми очень глубоко залегала заветная дырочка, настолько эти половинки были пухлые и круглые. Попочка Валюши словно всосала в себя наконечник, едва Нина вставила его на четверть. Она и сама поразилась, насколько свободно и незаметно для пациентки у неё получается делать эту процедуру. Валя продолжительно пискнула горлом, и так же как и Нина «подмахнула» попой, сама подсаживаясь, вернее насаживаясь на наконечник.
Валя принимала клизму со спокойным, даже каким-то блаженствующим выражением на лице. По окончании процедуры Нина так же залезла на постель. Женщины сомкнулись грудями, Нина стиснула упругую Валюшину попочку, свела и сжала ягодицы. Валя стала играть волосами у подруги на лобке и между ляжками. Нина от наслаждения даже заныла и завизжала — негромко и тоненько. Заёрзала, прижимаясь животом к слегка раздутому животику Валентины, сейчас вмещавшему два литра солёной воды, впущенной туда её, Нининой, рукой.
Минут через двадцать Валентина заёрзала и сжала бёдра.
— Уже всё. Невмочь. А то тётя Валя сейчас обваляется. И навалит тут, — пошутила она. Соскочила с кровати, сжала рукой попу, и быстрым шагом, почти бегом, юркнула в туалет.
Нина прислушивалась как мощно хлещет вода в унитаз, выносит падающие туда с тяжёлым плеском куски, и с томным наслаждением вспоминала как менее часа назад точно так же сама с облегчением выпускала из себя жидкость. Потом выполоскала клизму после солёной воды, и ко времени когда Валя выпорхнула из туалета, успела всё подготовить к следующей процедуре.
У Нины снова заныло и зашевелилось внутри, когда она наблюдала как изящно Валентина легла на край кровати, подтянула колени к самой груди. Её попка широко раскрылась, однако всё равно не было видно дырочки, прятавшейся очень глубоко между ягодицами. Нина обозрела пухлые, словно надутые губы влагалища, поросшие густыми кучерявыми волосками, которые были как росой покрыты сочившимися из вульвы выделениями. При виде этой картины жар швырнуло у неё из низа живота, и этот жар воспламенил всю её внутри. Между ног почувствовалась мокрота — так обильно и разом она потекла.
Но Нина постаралась не отвлекаться. Ещё более и шире раздвинула Валентине ягодицы. Та часто задышала, бёдра у неё сжались, напряглись, судорожно задёргались. Открылся коричневый с розоватым оттенком «глазок» заднего прохода. И она плавно вставила наконечник в эту слегка сморщенную дырочку, которая как сама заглотила, засосала его.
Нина, придерживая наконечник в Валиной попе, бухнулась на колени около кровати и, изнемогая от нахлынувших чувств и желания, стала целовать Валюшу в бёдра — сзади и внутри, в ягодицы, в копчик, и всё выше, выше, выше. Та закинула руку назад, обняла Нину и потянула через себя. Нина оказалась поперёк своей подруги; ногами она была на полу, локтём упёрлась в кровать. Её сиси касались внутренней стороной груди и левого плеча лежавшей на левом боку Вали, и Нина заёрзала ими по ней.
Вода из клизмы давно перетекла в округлившийся живот Валентины, но она, борясь с часто накатывающими позывами в туалет, продолжала крутиться телом. Обе женщины извивались, делали немыслимые телодвижения, Нина ёрзала на подруге, а та обнимала её, прижимала, иногда с такой силой, что у Нины хрустели кости.
Наконец подкатил самый долгий и мощный позыв. Валентина поняла, что его уже не сдержать. Нина выдернула у неё из дырочки наконечник, бросила его в стоящий у кровати тазик. Валя стремглав бросилась в туалет, и Нина почему-то снова млела, слушая, как вода с шумом вылетает у подруги из попы…
Сразу же как только Валентина покакала, женщины залезли в ванну и стали взаимно подмывать друг дружку. Стоя напротив лицом к лицу, они вдруг расшалились. С задорным смехом брызгали друг на друга водой, шлёпали одна другую по мокрым ляжкам и попам. И незаметно для самих себя всё сближались и сближались лицами, пока не соприкоснулись сначала носами, а затем и губами. Валентина первая обняла Нину, стала целовать её в губы. Жарко, пылко, взасос.
— Не могу! Не могу! Именно такая как ты есть, нравишься мне больше всего! Не меняйся! Только такой!… Только такой!… Будь! — безумно шептала она ей в ухо, другой рукой то лаская её киску и глубже между ног до самой попы, то хватая и тиская жировые складки на её боках, животе, ляжках и ягодицах.
Едва обтёршись полотенцем, подруги поспешили на кровать. Валентина приладила на себя имитатор.
— У меня такой один. Не толстый, не длинный. Сама понимаешь, я его присовывала мужу, а туда не надо большой величины. Да тем более сначала. Но если тебе понравится, можно будет накупить их разных размеров. И толстых недлинных, и длинных и не толстых, и больших во всех отношениях.
— Давай, Валюшенька, давай скорее, — шептала Нина, притягивая к себе подругу.
— На животик, на животик ложись… пока…, — с придыханием говорила Валя. И стала обнимать толстущие Нинины ляжки, тискать их и мять пальцами. Потом принялась за ягодицы, хватала их, сжимала, трясла словно потерявшая разум. Тесно прижималась сисями к спине подруги, между лопаток, проводила ими вниз до бёдер и возвращалась обратно. И хватала, всё хватала за попу, так, как будто месила упругое тесто.
— На спинку… теперь на спинку…
Нина перевернулась. Легла на середине кровати и широко развела ноги. Валентина встала коленями между её ног, опёрлась на локти. Дико-безумно возбуждённое её лицо вплотную приблизилось к лицу Нины. Свисающий от её бёдер имитатор мотался своим концом то по Нининому лобку, то между ног, по щели и губам влагалища, двигался и шевелился в массе волос. Клитор у неё напрягся, сделался величиной с пол-пальца.
Нина охнула, почти вскрикнула. Выгнулась вверх дугой, взяла имитатор в руку и помогла подруге найти вход в заветную щёлочку. Валя обняла её за поясницу, сделала движение всем телом, и в мгновение ока втолкнула этот «ствол» с продольными рёбрами на всю длину. Глубоко-глубоко, по самые яйца, сделанные там у основания, и служившие вместилищем батареек для вибратора, дающего импульсы в обе стороны. Его Валентина включила на полную мощность. Одной рукой она впилась пальцами Нине в ягодицу чуточку повыше ляжки и глубоко проникла указательным пальцем к ней в задний проход, второй накрепко обняла за шею. Тесно прижалась всем телом. И извиваясь им, прилипла губами к её лицу, влипла в него своим лицом, принялась целовать взасос. Сильными толчками, даже скачками, наскоками, задвигала имитатор, в момент захода рывками натягивая Нину на себя.
Нина с бешеными вскриками, воем и стонами извивалась под Валентиной как змея, покачивалась с боку на бок, подпрыгивала навстречу, выписывала телом несусветные кренделя. Такой радости от секса она не испытывала никогда. Это было что-то немыслимое! Сейчас Валя держала её за попу обеими руками, сжимала ягодицы с такой силой, что на них уже наверняка были синяки и кровоподтёки. Но разве чувствовала это Нина, разве думала об этом Валя в момент буйного экстаза? Нина также вцепилась в Валюшину попу, засовывала пальцы в дырочку, и в моменты толчков также рывками притягивала её на себя.
Чем всё закончилось, ни та, ни другая не могли осознавать. Слово «кончить» тут настолько неуместно, как невозможно сравнивать звук хлопушки с ядерным взрывом. Это был действительно взрыв! Нескончаемый поток эмоций, чувств и ощущений, которые катились в женщинах волна за волной, где-то отражались и шли обратно, сливались, кружились, и как будто заново рождались, вновь, вновь и вновь. Что они выделывали в это время, какие испускала вопли, они не отдавали себе отчёт, они даже не осознавали ни окружающего, ни происходящего. Удивительно, как не сломали друг другу кости, не отдавили случайно внутренности!
Пришли обе в себя уже лежащими поперёк кровати, даже несколько повернувшись в обратную сторону. Валя медленно двигала имитатором. В такт её движениям Нина крутилась под ней «восьмёрками», и с такими ж плавными встречными толчками размеренно приподнимала попу.
Женщины медленно приходили в себя. Но «разъединяться» долго не могли. Тому протестовали их души. И так продолжалось ещё очень долго: Нина крутилась и приподнималась, Валентина не переставала делать толчки. То плавные, то резкие, быстрые, «скачущие».
Наконец обе почувствовали что им нестерпимо хочется пописать. Только это заставило их расцепить объятия. На кровати царил какой-то ужас. Простыня и одеяло были скомканы и спутаны в настоящий узел. Там, где они вертелись, всё было мокро, так обильно они обе текли.
Женщины наскоро заменили постельное бельё, и снова легли рядышком. Нина попросила

Мой свекор

Заговорщики (продолжение)

Таблетка