Мимо промчался велосипедист, выхватил сумочку и исчез, дернув Вику так, что она не удержалась и рухнула на тротуар, разодрав коленки. Кати все еще не было, вокруг ни души и даже телефон уехал в сумочке, от боли, обиды и одиночества, Вика опустилась на бруствер и зарыдала, проклиная горькую женскую долю. Плача, Виктория не сразу заметила, что кто – то, нежно, теплой водой обмывает её коленки от крови и грязи. Подняв глаза, она увидела Катю в больших темных очках и легком черном платьице, Вика бросилась в объятья подруги и, всхлипывая и подвывая, объяснила, что же случилось. Катя, утешая, отвела жертву в её отель, уложила в постель и начала обрабатывать раны лекарствами. Снова Виктория поймала на себе взгляд подруги, полный загадочного блеска, но теперь от него не замирало все тело, а начинало бешено колотиться сердце. Внезапно Вику потянуло на сон, она застенчиво попросила разрешение на это у Кати и, неожиданно быстро, уснула.
Проснувшись через несколько часов, Вика обнаружила Катю возле своей кровати, сидящей в кресле и внимательно наблюдающей за спящей подругой. Уже опускались сумерки, и Катя объявила, что отправиться к себе в гостиницу, чем разочаровала Викторию, ведь она ожидала, что подруга останется с ней до утра. Поинтересовавшись самочувствием жертвы, Катя пожелала ей спокойной ночи и ушла. Вдруг Вику охватила, пока неясная, но нарастающая тревога – Катя там одна, в чужой стране, в темноте, в довольно откровенном наряде. От осознания этой истины, Виктория чуть не рухнула наземь второй раз за день. Нет, этого нельзя так оставить, девушка попыталась догнать Катю, выбежала в вестибюль, потом на улицу, но Кати уже нигде не было. Без телефона и, не зная названия отеля подруги (так уж получилось) не было смысла что – то предпринимать. Вика в отчаянии вернулась в номер, но черная полоса не спешила заканчиваться, уже возле своей комнаты Виктория споткнулась, упала и больно ударилась, набив шишку размером с донышко бутылки. Снова плача от боли и своего бессилия в спасении подруги от воображаемых негодяев, Вика завернулась в одеяло и, всхлипывая, уснула.
Утром, когда в номер Вики тихонько, но настойчиво постучали, а Вика открыла, она увидела Катю в другом, менее откровенном, но таком же, легком платье. А Катя сначала увидела шишку и только потом подругу. Загнав Викторию обратно в постель, она побежала по лед. Когда уже обе сидели на кровати, и Катя поняла, что лед здесь уже не поможет она спросила:
– Как? Каким образом? Вот разве тебя можно оставить одну? Ты ведь убьешься!
Когда Вика объяснила что к чему, Катя только вздохнула:
– Так, давай договоримся – ты больше не будешь меня спасать, а я, в следующий раз (надеюсь, такого больше не произойдет, но не уверенна) скажу, где остановилась, оставлю номер телефона гостиницы или останусь у тебя.
– Обещаешь?
– Обещаю – ответила Катя, улыбнулась и задумалась.
Вика, вдруг сосредоточилась на губах подруги. Потом взгляд, неожиданно для самой Виктории перескочил на плечо Екатерины, которое оголила коварно съехавшая бретелька. У Вики перехватило дыхание, ей показалось, что ничего более эротичного она еще не видела, она уже почти рассматривала грудь подруги, когда ощутила на себе её взгляд. Подняв глаза, Вика заметила тот же с блеском взгляд и немного смущенную улыбку на губах Кати. Мигом позже она осознала, что ласкает пальчиками внутреннюю часть бедра подруги.
– Извини – прошептала она, быстро отдергивая руку.
– Я, наверное пойду, скоро уже наш рейс – слегка хрипло, почти шепотом ответила Катя.
Попрощавшись, она ушла. Через несколько часов они улетели домой. Позже Вика несмело вспоминала тот случай. Невнятно, в полудреме перед сном или утром ей мерещились взгляд, улыбка, платье и она как будто даже ощущала слегка прохладную, нежную, волнующую ножку подруги под своими пальцами. Она не знала, что Катя тоже вспоминает тот момент, но смелее…
После этих приключений в Польше девушки очень сблизились. Никто не пытался напомнить о моментном возбуждении. Виктория постоянно пыталась отблагодарить подругу за заботу, выручив из какой – нибудь неприятности. Но беда в том, что с Катей неприятности не случались, наоборот, Вика постоянно ловила проблемы и её нужно было спасать. Екатерину не грабили, она не сбивала коленки, не набивала шишек, за ней не захлопывались двери корпоративной уборной. Несмотря на все старания Виктории спасти подругу, не по столу Кати, а по её собственному бегали грызуны новой начальницы (Владимир перевелся), которых Вика очень боялась, а Катя спокойно брала в руки. Именно Катя одолжила Вике свою одежду, когда Викину, с самого утра принтер обрызгал чернилами. И, наконец, именно Викторию чуть не посадили в тюрьму Колумбии за хамство офицеру полиции.
Их дружба становилась все крепче, они вместе гуляли, ходили за покупками, в клубы и т. д. Часто наведывались, друг к дружке в гости на чай.
Однажды, возвращаясь с очередного похода по магазинам, девушки попали под сильный дождь. К счастью, было уже недалеко от дома Виктории. Дождь быстро намочил девушек и Вика, испугавшись за покупки, предложила идти быстрее. Но Катя, которая весь день сегодня была какой – то отчужденной и задумчивой, вдруг остановилась.
– Ну ты чего? – спросила Вика, обернувшись к подруге – Что с тобой сегодня? Что загрустила?
– Я влюбилась – тихонько произнесла Катя.
– В кого уже? – снова спросила Вика, удивленная поведением Кати, она не понимала, почему это вдруг стало так важно, чтобы остаться мокнуть под дождем.
– В тебя – еще тише прошептала Катя.
– В смысле? – Вике немного закружилась голова, и она плохо соображала.
Катя, неожиданно, резко подошла к подруге, взяла её лицо своими холодными ладошками и поцеловала ошеломленную подругу в губы.
– Так понятнее?
Поцелуй был коротким, но за это время Виктория успела испытать наслаждение, тревогу и недоумение. Ей нужно было многое прояснить. Она схватила в одну руку покупки, другой взяла холодную дрожащую руку Кати и, довольно грубо, потащила в дом, бросив при этом:
– Нам нужно серьезно поговорить.
В доме, усадив Катю на диван, Вика на автопилоте, ушла на кухню заваривать чай. Обдумывая произошедшее, она решила, что Катя ей давно ближе, чем подруга и кажется, начала понимать, откуда тот будоражащий блеск в Катиных глазах. Она поняла, что, вроде бы, тоже не равнодушна к подруге, но как себя вести, когда вернется в комнату, не представляла. Но войдя в комнату, она забыла об этих мыслях. Катя сидела, сжавшись в комочек, поджав ноги под себя, мокрые волосы налипли на заплаканное лицо, казалось, она хотела бы стать как можно более незаметной. Оставив чай, Вика опустилась перед Катей на колена, обтерла слезы, взяла её ладони в свои и стала согревать дыханием. И пока Катя полуудивленно – полуиспуганно смотрела на Вику, та произнесла:
– Катенька, только не плачь, ты ведь самый близкий мой человечек, я ведь тоже люблю тебя сильно – сильно, но почему ты решила, что любишь меня именно так?… Ты уверенна?
– Уверенна, я была уверенна еще, когда впервые тебя увидела, тогда в кабинете Владимира, помнишь?
– Я и представить не могла, что со мной может случиться подобное – растеряно произнесла Вика.
Девушки проговорили до позднего вечера, помалу Катя перестала всхлипывать, они поняли, хотя и не высказали этого вслух, что останутся, как минимум, подругами. Стемнело, дождь не прекращался, но Катя засобиралась домой.
– Ты обещала остаться, забыла? – слегка обижено изрекла Вика.
– Это намек на интим? – смутилась Катя.
– А почему бы и нет? Ты теперь будешь моей девушкой – разоткровенничалась Вика, поддавшись неожиданному возбуждению – Помнишь, тогда в Польше, я уже чуть не залезла к тебе под юбку. Это все твой взгляд виноват.
– А что мой взгляд? – кокетливо спросила Катя.
– Он какой – то странный – начала объяснять Вика – то возбуждает, то заставляет замирать и стеснятся, а иногда этот странный блеск совсем не заметный.
– А сейчас?
– А сейчас, под его влиянием я снова хочу к тебе под юбку – прошептала Вика.
– Я в джинсах – ответила Катя.
– Исправим – мурлыкнула Вика и притянула подругу к себе.
Легонько прижавшись к Екатерине, она пробежалась пальчиками вдоль спины подруги, по ягодицам, бедрам. Потом поцеловала и начала расстегивать джинсы. Когда они, уже не мешая, валялись у ног девушек, Вика прижалась теснее и, уже сознательно и, не таясь, начала ласкать нежные бедра подруги. Девушки присели на диван, Катя поджала ножки под себя, немного расставив, протянула руку – поиграла с волосами Виктории. Вика сняла кофточку с подруги и принялась опускать бретельки её бюстгальтера, Катя легонько вздрогнула, когда первая бретелька, волнующе скользя, упала вниз. Опустив вторую бретельку, Вика обнажила возбуждающую грудь девушки. Катя закрыла глаза и слегка подалась вперед. Вика нежно обхватила грудь подруги ладонями. Катя не выдержала и поцеловала Вика длинным поцелуем, после которого легла на спину, разведя ножки. Вика воспользовалась приглашением подруги и устроилась между её ног, начав целовать подругу. А та, в свою очередь, где – то между поцелуями губ и груди, избавила Викторию от джинс и принялась ласкать задок подруги. Вдруг Вика поднялась и быстро начала снимать с себя остатки одежды, потом, еще быстрее с Кати слетели трусики и девушки вернулись к прежней позе. Вика сразу пошла в наступление, её рука нежно легла Кате между ног. Слегка проникая и только чуть – чуть поигрывая с клитором, Вика довела возбужденную до предела любимую до нескольких оргазмов. При этом язык и губы Виктории не давали Кате свободно крутиться и извиваться – она старалась отвечать на поцелуи любимой всем телом. Оставив Катю немного отдышаться, Вика отстранилась и расслабилась, но что – то нежное и мокрое между ног не дало придумать следующий план действий. Катя, настойчиво работая язычком в самых чувствительных уголках промежности, заставила подругу извиваться так же отчаянно, как минутами ранее извивалась сама. Вика выдержала только один оргазм, после чего притянула за плечи к себе свою богиню и они обе крепко уснули, но Катя еще успела пробормотать:

Моей любимой…

Девять глав о любви, или Жален моей юности

Туристический лагерь