а потом пробил озноб. Я обнял её. Оказалось, что без своих сабо на толстой подошве она была не очень и высокой. Мне пришлось наклониться, когда целовал её. Пока мы целовались, она своим телом терлась об меня. Я чувствовал, как моё естество восстает и требует своей «доли пирога» на этом празднике жизни! Её рука гладила плавки, оконтуривая мой член. Оторвавшись от её губ, я прижал скользкое в воде тело к себе. Отведя от меня взгляд, она вымолвила:
— Ты не думай я не шлюха… Сначала он не хотел ребёнка, а потом стал много пить, и я отказалась рожать от алкаша. Тогда он ударился во все тяжкие… Не пропускает ни одной юбки… Работать отвыкла, да и он не пускает. Вот и сижу одна… как павлин в золотой клетке…
— Я так не и не думал, — успокоил её я и стал целовать груди.
Они были небольшие с острыми сосками упругие как мячики. Охнув от ласки, она произнесла:
— Пошли в раздевалку, там есть диван…
— А твой не появится? — встрепенулся я.
— Теперь только завтра… Опять подцепил какую-то шлюшку и укатил в «командировку».
— Поплыли, — предложил я.
Она с неохотой отстранилась от меня и, оттолкнувшись с силой, заработала руками, стремясь к лесенке. специально для .оrg Я поплыл следом. Легко обогнав, её я, первый вылез из воды и подал руку, помогая вылезти Софье.
До раздевалки мы шли долго. Уже через пару шагов она обняла меня, её руки зашарили по телу и сдернули с меня плавки. Она ухватилась за член, останавливая меня, а сама встала на колени и стала его ласкать.
— Как я соскучилась… И как мне хочется… — невнятно шептала она пока её язычок порхал по головке.
Мягкие руки гладили вздыбившейся ствол, ласково мяли яички и поглаживали бедра. Не мешая ей, я расслабился, принимая ласки. Когда же она взяла его в рот, я ухватил её за голову и медленно стал погружаться, скользя по горячему язычку. Её голова чуть откинулась назад, и я почти полностью вошёл туда. Также медленно я вышел обратно, чтобы тут же погрузиться вновь.
— Тебе нравится? — спросил я.
— Угу, — промычала она не в силах выпустить «сладкую конфетку».
Мой фаллос не отличался большими размерами, да и красотой, наверное. Он был загнут кверху, как банан и «смотрел» вправо. Одна дама связавшаяся со мною говорила, что это дает дополнительные ощущения, особенно когда я сзади.
Увеличивая скорость, она все быстрее и быстрее насаживала ротик на член. Я аж взмок, если можно так сказать, выйдя из воды. Её рука опустилась вниз, и быстро скользила по вульве, играя с клитором временами исчезая в вагине.
Почувствовав, что ещё чуть-чуть и я «взорвусь»… А потом, задрожав и задергавшись, наполнил её рот спермой. И хотя член покинул гостеприимный ротик, но не смог вырваться из цепких рук. Софья проглотила «коктейль», подняла голову, и в её больших карих глазах я увидел столько обиды, что я улыбнулся.
— Давай пойдем на диван. А то ты сейчас меня совсем «выдоишь» и я буду ни на что не годен, — потянул за плечи, поднимая с колен.
Она с неохотой встала. Я поцеловал её в губы, обнял и потянул к раздевалке.
— 5-
Как только мы остановились около дивана, я заставил Софью сесть на него и теперь уже сам оказался коленопреклонённым перед ней. Моё лицо было на уровни её грудей и я, не удержавшись, поцеловал соски не забыв поласкать их языком. Она чуть поёжилась, сдерживая дрожь. Надавил на плечи, принуждая откинуться назад. Взгляд скользнул по обнаженному телу, словно «лаская» и рассматривая его. Ни одной лишней складочки ровный золотистый загар и только на грудях и бёдрах он чуть светлее, чем остальная кожа. Две красивые складочки уходящие вниз…
— Поласкай себя, — попросил я.
— Что-о? — выдавила она.
— Я люблю смотреть, как женщины ласкают себя…
Она покраснела, улыбнулась одними губами, и её рука легла на золотистый от загара лобок. Один пальчик был вытянут вниз, и она, чуть подождав, «утопила» его между мягкими складочками губ. Чуть слышно чмокнуло, когда он погрузился вглубь. Покусывая губы, она стала водить рукой вверх и вниз, при этом её палец раздвигал нежные и «лепестки», между которыми временами показывалась блестящая ярко-розовая плоть.
— Раздвинь ножки, — опять попросил я.
Она с глубоким вздохом согнула их в коленях, и широко развела в стороны. При этом её пальцы не переставали скользить по влажно чмокающей киске. Она текла. Её соки орошали промежность, вязкими ниточками прилипая к пальчикам. Вот она развела в стороны внешние губы, и подушечка пальчика прижалась к выглянувшему из них розовому бутончику клитора. Прикосновение. Она вздрогнула, раздался стон. Её движение всё ускорялось. Временами пальцы, двигаясь вдоль «на тореной дорожки», проскальзывали в темный провал вагины, видневшийся снизу.
Стоны уже не прекращались и звучали всё громче. Лицо порозовело и как бы осунулось, глаза закатывались от наслаждения. И когда она вскрикнула, а живот подернуло дрожью, предвестницей оргазма я резко склонился вперед и мой язык, перенимая эстафету, заработал совместно с пальчиками, вылизывая её лоно. Вот тут-то она и закричала! Громко победно не жалея воздуха. Мышцы живота заплясали, она содрогнулась в спазмах и ухватила меня за преклоненную голову, вжимая её в пах. Судорожные рывки прижатого к лицу тела, какое-то нечленораздельное рычание, Резкие движения головой из стороны в сторону и белые губы, прикушенные чуть ли не до крови.
— Хочу! Хочу тебя! — истошный крик вырвался из её глотки с последними, каплями воздуха.
Она задыхалась, пытаясь
вздохнуть, а я ещё энергичней заработал языком. И тут же тело пошло вверх, плотнее прижимаясь к лицу приподнимаемое судорожно-напряженными мышцами.
А через мгновение рухнуло вниз, слабо подергиваясь. Тиски её рук, державших мою голову, ослабли.
Я отстранился, наблюдая за Софьей. Слабые подергивания тела, спазмы перекатывающихся мышц и попытки вздохнуть… Резкий, но короткий вздох, хрипящий стон на выдохе и она глубоко задышала.
— Давай! — попросила она, — чего ждешь? Я хочу, хочу этого!
— Сильно? — поинтересовался я.
— Да… — тихо произнесла она.
— Громче!
— Да, — она повысила голос.
— Ещё громче!
— Я хочу тебя Фёдор! — она уже кричала, призывно протягивая ко мне руки.
Я встал. От всего увиденного у меня был такой стояк что «щемило» яйца, несмотря на то, что буквально десять минут назад я кончил в её горячий ротик. Сдвинув крайнюю плоть и намочив слюной головку, приставил её к киске и одним рывком погрузился внутрь. Громкое чмоканье и гортанный вскрик возвестили о моём движении. Мы замерли, приспосабливаясь, друг к другу. Как это ни странно, вагина плотно обжимала ствол. Я чувствовал слабую пульсацию её мышц, горячими объятиями охвативших член.
— «Лиха беда — начало!», — подумал я.
— Давай… Не останавливайся… — молила меня Софья.
— «Поехали!», — проговорил я, знаменитую фразу Гагарина начиная двигаться.
… Вперед — назад, вперед — назад, чуть вбок… Выйти с громким хлюп и тут же погрузиться с такой скоростью, что мошонка с глухим стуком бьёт по голым ягодицам… И опять… Вперед — назад, вперед — назад, и наклон в другую сторону…
Ноги положить на плечи и снова — вперед… Быстро, быстро, очень быстро… Не давая ей и себе перерыва. Софья от возбуждения и страсти крутит бёдрами, рот приоткрылся, глаза остекленели. В темной глубине глаз бьётся похоть и «жажда».
— Да-а! — кричит она не в силах сдержать порыв и подаваясь вперед, сама, нанизываясь на член.
— Давай крути жопой! — это уже кричу я.
И она крутит, как может, а я втыкаю в неё своё «копьё» раз за разом. Глубоко, как мне кажется до самых гланд. Чувствую, что временами касаюсь головкой матки, и каждый раз дрожь пронзает её члены, а сама она вскрикивает от наслаждения.
— Ещё? — кричу я.
— Ррр-гда-а! — нечленораздельно сквозь стон бубнит Софья.
— Тогда так! — я на мгновение покидаю лоно, одним движением переворачиваю её на живот и снова «врубаюсь» внутрь.
Она стоит на коленях перед диваном, опершись о него грудью. От моих движений груди елозят по его обшивке, так как я крепко вцепился в пухлые ягодицы и, не отпуская её далеко.
— Теперь сама, — почти спокойно говорю я.
Она приподнимает торс и, упершись в диван кулачками, начинает сама нанизываться на «волшебный стержень». Я стою как статуя, тяжело дыша и отдыхая. Когда она, запыхавшись от усердия, притормаживает, бью её по заднице, пришпоривая.
— Давай! Радость моя! Энергичнее…
— … — тяжелое дыхание.
— Быстрее! А то мне придется тебя отшлепать… — поглаживая красные пятна от ударов, пыхчу я.
И дальше…
— Я кончу в тебя!
— А-а-а! — кричит она, мотая из стороны в сторону головой продолжая нанизываться на член.
— Я предупредил, — мелькает в голове мысль и пропадает, так как её опять начинает крутить в оргазме.
Софья грудью падает на диван, дергаясь и захлёбываясь, продолжая кричать.
Тут подкатило и мне. Чуть подаюсь, назад выходя из гостеприимного лона на две третьих и, начинаю, заполнять вагину спермой. Почти сразу белесые струйки полезли наружу, а я подаюсь, назад выстреливая остатки на её ягодицы… Чтобы тут же рухнуть сверху на её спину придавив к дивану.
— 6-
Потом мы встали и тяжело поплелись в душ. Мой бедный «парень» как-то опал и висел, изображая из себя сосульку. Налицо было противоречие… Я хотел её, хотел ещё трахнуть, но был вымотан до такой степени, что не мог. Мы помылись, а потом пошли в сауну. Пропотев и обмывшись под душем, нырнул в бассейн. Прохладная вода и баня вернули энергию, и когда Софья подплыла ко мне, я был уже готов снова. Я не просил, а потребовал «продолжение банкета».
— Я хочу ещё, — прошептал ей.
Здесь, конечно, не шведский стол, но выбор-то ещё есть?! По крайне мере ещё одна любвеобильная дырочка осталась без внимания.
— Здесь?
— А почему нет? — удивился я, — ну можно и на бортик вылезти…
Она прижалась ко мне своим желанным телом, и я, обняв её, стал поглаживать ягодицы. Разгладив упругое колечко между ними медленно, но сильно надавил. Преодолевая небольшое сопротивление, палец легко проскользнул внутрь. А Софья,

Горячий вихрь

Я рождена для минета…

Соседские тайны (1 часть)