под плед, прижавшись к моей спине.
– Ммм.. Какая ты тёплая.. – прошептал он, сильнее прижимая меня к себе, а я почувствовала как его орган начинает твердеть, упираясь мне в ягодицу.
Подняв ногу, я открыла для Люка доступ к своей промежности, чем тот сразу воспользовался — ладонь скользнула между ног, а пальцы уверенно начали ласкать напрягшийся клитор.
Возбуждаясь, я смаковала свои воспоминания в которых меня трахали демоны, но рассудок не позволял поверить в то что это происходило на самом деле. И сейчас я считала что всё произошедшее было сном. Но сном от которого до сих пор бросало в дрожь.
Член Люка легко вошёл в меня, а пальцы крепко сжали бёдра – удерживая меня в том положении, в котором будет удобно трахать. Постанывая от удовольствия, я опустила руку вниз и начала ласкать себя, приходя в восторг от резких толчков члена. За мгновение до того чтобы кончить, Йемен сжал пальцы на моём горле, позволяя и мне испытать оргазм.
– Снова снился сон? – поинтересовался Люк, после того как всё закончилось.
Он продолжал обнимать меня, время от времени целуя в плечо.
– Да. – отозвалась я. – Но я не хочу об этом говорить.
– Хорошо.
Январь 2012.
В середине января, когда дед во всю готовился к своему юбилею, я ощутила себя едва ли не больной. Меня постоянно мутило, кости ломило словно при острой простуде, а температура тела не опускалась ниже тридцати восьми градусов.
Доктор Миллер встретил нас в холле госпиталя Святого Сердца, где проводил сегодняшнее дежурство.
– Опишите конкретно что именно вы чувствуете. – попросил Джек, когда Люк внёс меня в палату.
– Тошноту, боль в животе и чёртов жар. – выдала я и поморщилась от того что мужчина опустил меня на кушетку.
– Что именно вы ели в последние два часа? Принимали какие – нибудь препараты? – продолжал спрашивать Миллер, укладывая меня.
– Нет. – сквозь зубы прошипела я. – Я последние два часа вообще есть не могла.
Ощупав мой живот, врач взял кровь на анализ и вызвал нарколога.
– Что происходит? – спросил Люк, внимательно наблюдая за доктором.
– Похоже на токсическое отравление, но живот мягкий, хотя и есть небольшое уплотнение в области малого таза. Я взял кровь на токсикологию и вызвал нарколога.
Джек подтянул к кушетке табурет и сев на него, взял портативный УЗИ сканер. Меня передёрнуло, когда холодный гель оказался у меня на животе, но Люк сжал мою ладонь и я отвернулась к стене, начиная опасаться за свою жизнь.
Пока Миллер разглядывал мои внутренности на экране, в палату вошёл ещё один врач — мужчина лет пятидесяти, с очень красивой сединой в волосах.
– Что тут у нас? – добродушно поинтересовался он и встал за плечом Джека.
– Я не могу понять чем вызвано отравление.. – пробормотал тот. – Желудок пустой, кровь не вязкая, кишеч..
– Опустись ка ниже, друг мой.. – пробормотал нарколог, склоняясь к монитору.
Манипулятор на моём животе сместился ниже и вновь прибывший доктор хмыкнул, ткнув пальцем в экран.
– Яйцо?
– Это.. Надо отозвать анализ на токсины и сделать БХГЧ. – подал голос Миллер.
– Я скажу им. – похлопал его по плечу нарколог и перевёл взгляд на меня. – Поздравляю, вы беременны.
Я удивлённо посмотрела на него, потом на Миллера и только после этого на Люка.
– Но почему такая реакция? – спросил он, сильнее сжимая мои пальцы.
– Это, молодой человек, токсикоз усиленный противоположным резусом. – ответил врач и кивнув нам, вышел из палаты.
– Это значит что плод имеет отрицательный резус – фактор? – спросила я. – И у меня будет выкидыш?
– По – поводу резуса — да. По – поводу выкидыша — нет. – теперь, когда всё стало понятно, Миллер успокоился и убрал аппарат. – Ваше состояние токсического отравления является следствием того что ваш организм принимает плодное яйцо как токсин, но не пытается от него избавиться. С этим мы справимся, но необходимо пройти некоторые процедуры.. если вы конечно желаете оставить беременность.
Я почувствовала как дыханье Люка стало громче, словно он очень нервничал. Не поднимая на него взгляда, я вспомнила как Бальтазар уже однажды заставил меня потерять ребёнка.
– Как же так? – прошептала я. – Мы ведь предохранялись..
– Я вас оставлю. – Миллер поднялся на ноги и вышел из палаты.
– Люк.. – я приняла сидячее положение, свесив ноги с кушетки. – Как же так?
– Перед Рождеством, помнишь? – сказал он, садясь рядом и обнимая меня. – Я вернулся с работы, а ты была такая тёплая..
И я вспомнила. Вспомнила что до того как трахаться с Люком, я была там, где..
– Конечно я не буду делать аборт. – сказала я и махнула в сторону двери: – Пойди и позови Миллера.
Когда дверь за Люком закрылась, я облизнулась и сказала:
– Если ты меня слышишь — приди. – спохватившись, добавила: – Пожалуйста, прошу.
Воздух попавший мне в лёгкие при следующем вдохе, оказался очень горячим, но меня это даже не испугало. Оглядев палату, я старалась понять — где именно появиться Шаст. Но он всё же умудрился напугать меня — оказавшись сидящим рядом со мной.
– Здравствуй, сладкая.
Я повернулась к мужчине, стараясь разглядеть в нём хоть что – нибудь, что напоминало бы другого его. Но сейчас Бальтазар выглядел как обычный человек, всё та же одежда — словно он солдат находящийся на учениях.
– Он твой, да? Этот ребёнок. – спросила я, хотя и так знала ответ.
– Мой. – кивнул Шаст, и посмотрел на меня, склонив голову набок. – Твой разум закрыл тебе доступ к воспоминаниям, но я помню какая ты на самом деле. И тогда когда я тебя брал, то даже не подумал о том что ещё рано. Я знаю что ты сможешь выносить этого ребёнка. Ты справишься, а потом придёшь ко мне.
– Почему потом? – шёпотом спросила я, чувствуя как мой разум, с трудом сдаётся под натиском воспоминаний. Сердце начало бешено биться о рёбра словно пойманная птица, а дыхание срывалось.
– О, ты вспоминаешь. – протянул Шаст и положив ладонь мне на бедро, сжал пальцы. – Но не стоит идти к этому так быстро — иначе инстинкты завладеют тобой полностью. Медленнее.
Покорившись его голосу что начал вести меня по правильному пути, я глубоко вздохнула и проглотила вставший в горле ком.
– Вот так. – удовлетворённо сказал Бальтазар и убрал свою руку. – Только тот кто родился в этом мире — имеет право находиться и здесь и там. И я хочу чтобы мой сын мог жить в обоих мирах. Но ты..
Мужчина спрыгнул с кушетки в стал напротив меня. Сжав волосы в кулаке, он заставил меня запрокинуть голову назад.
– Я смирюсь с тем что ты покинешь этот мир. Потому что ты настолько сладкая, что я не могу позволить тебе быть далеко от меня.
– Тогда для чего весь этот фарс? – тихо спросила я, смотря в зелёные глаза. – Зачем я с Люком? Почему ты позволяешь ему трогать меня?
– Это мой тебе дар, сладкая. – отозвался Шаст и облизнув два пальца, сунул их мне в рот. – После того как я впервые взял тебя, ты изменилась. Только то что рядом с тобой находится самец готовый ублажать твоё тело по нескольку раз в сутки, даёт тебе силы находиться здесь.
Я закрыла глаза, посасывая пальцы ласкающие мой язык. Всё что говорил Бальтазар, находило эмоциональный отклик в моём воспалённом разуме. То, что с момента как нахальный незнакомец изнасиловал меня, я хочу секса куда чаще и сильнее чем раньше — я заметила ещё год назад. Тогда Люк мне сказал что я стала очень ненасытной, в то время как раньше именно он хотел трахаться чаще чем я.
– Для тебя наступает очень интересная пора. – вновь заговорил мужчина, продолжая погружать свои пальцы мне в рот. – И я, время от времени, буду приходить к тебе. Но когда меня нет рядом — просто расслабься. Слушай своё тело, потакай своим желаниям, даже если они будут казаться дикими. ЦРУшник примет и выполнит любую твою волю.
Я застонала, когда тело содрогнулось от оргазма, а Шаст тихо засмеялся и, склонившись, поцеловал меня в щёку. Вытащив пальцы, он провёл ими по моим губам и отступил назад.
Когда я пришла в себя, мужчины уже не было.
Март 2012.
Проснувшись, я облизнула пересохшие губы и бросила взгляд на светящийся циферблат часов — 4. 56. Вздохнув, я перевернулась на другой бок и обняла спящего Люка. Ладонь уверенно скользнула по твёрдому животу вниз.
Вот уже почти три месяца я хотела секса едва ли не каждые два часа. И к моей великой радости, Йемен довольно ловко ублажал меня. В любое время суток.
И вот сейчас дыханье мужчины сбилось, а орган в моей ладони напрягся. Люк перевернулся на спину и взяв меня за руку, притянул к себе. Забравшись на него, я почти сразу села на вздыбившийся орган и застонала от накатывающих ощущений.
Но Люк знал что этого мне уже мало и вскоре его ладони скользнули по моей спине вниз, а пальцы начали ласкать анальное отверстие. Делал он это даже не стремясь смазать ни пальцы ни кожу, но именно это мне и было нужно.
Сначала я не понимала почему моё тело жаждет именно грубых прикосновений, но вспомнив слова Шаста, я перестала над этим думать. И как только у меня появлялись какие – нибудь позывы, я тут же озвучивала их Люку. По началу тот делал всё что я просила с огромной осторожностью, но когда я начала кончать и от прелюдии к сексу, подобное завлекло Йемена.
Два пальца проникли в анус причиняя острую боль, но я только сильнее прижалась к Люку шепча его имя. Положив свободную ладонь мне на поясницу, мужчина начал насаживать меня на свой орган, но вскоре ему это надоело и Йемен убрав пальцы, стянул меня со своего члена и бросил на кровать.
Я перевернулась на живот и подняла ягодицы, зная что сейчас он трахнет меня именно в задницу. И Люк не заставил себя ждать. Навалившись на меня, он довольно грубо впихнул в меня член от чего я взвыла и выгнулась, но вырваться не пыталась.
Не давая мне передышки, мужчина начал двигать бёдрами, с силой вгоняя в меня свой орган. Сжав в кулаке мои волосы, Люк двигался резко, а я улетала от происходящего как и всякий раз когда он брал меня именно так.
Кончили мы одновременно, при этом я едва не потеряла сознание, чувствуя как сперма наполняет прямую кишку.
– Ты помнишь что у тебя сегодня день рождения? – спросил Люк.
Мы сидели на кухне и поедали аппетитные булочки что нам доставляли каждое утро из французского

Она знала лучше, чего мне хочется

Рождение туалетной рабыни

Ненасытная киска