Анна снова кивнула. Её госпожа улыбнулась, кивнула графу, тот отпустил Анну. И скрылся со своей любовницей в темноте. Анна повернулась к гвардейцу. вздрогнула, увидев, что рядом с ним стоит еще один. Анна замерла пытаясь осознать кто она. Бывшая графиня, уже не Анна, но еще не Элиза. После тех страшных дней в камере, после кучи наказаний, после той ночи, после порки… она преклонялась перед своей Госпожой Анной и была действительно готова выполнить любой ее приказ. Она уже не воспринимала себя как Госпожу, она стала служанкой, рабыней. В эту самую минуту она и стала Элизой.
В ту минуту, когда гвардеец снял с нее платье, распустил шнуровку корсажа, и начал мять ее грудь, в ту минуту, когда второй гвардеец задрала подол нижней рубахи и и стал гладить ее бедра и ягодицы, в ту минуту, когда привлеченные ее охами и стонами, в раскрытые ворота конюшни вошли все, кто остался в усадьбе, в ту минуту. когда ее согнули в поясе и с двух сторон трахали два гвардейца, В ту минуту, когда в ее лоно плеснуло мужское семя, в ту минуту… она стала Элизой потаскухой, дворовой девкой и очень долгое время не думала о себе как об Анне. И неожиданно, откинув мысли о том, что она графиня, она прочувствовала всем телом, как глубоко в ее глотку вошел мужской член, как глубоко внутри бьется еще один, как они двигаются и ее тело испытало такую волну удовольствия, счастья, что мир разлетался на кусочки вместе с брызгами спермы бьющими внутри. Она почти выполнила приказ, только один мужчина кончил не в ее лоно. Кучеру понравилось смотреть как на ее лицо застывает сперма, и он дважды спускал свое семя именно так. Они все так и заснули в конюшне, успев лишь бросить несколько попон на пол.
Утром Элиза проснулась раньше всех. она накинула грязное помятое платье на столь же грязное голое тело и пошла в дом, там на кухне, она бросила в очаг несколько поленьев и подвесила котел с водой нагреваться, чтобы смыть с себя всю грязь. Почувствовал себя достаточно чистой. она переодела в другое платье, не затруднив себя одеванием корсажа, нижней рубахи и панталон. Приготовила завтрак на всех и к тому времени, когда все мужчины проснулись и умылись их ждала горячая похлебка и ломоть хлеба с маслом. Осень только началась, но была довольно холодной, очень быстро окрасив лес в разные цвета. По утрам иногда даже подмерзало, но днем приходилось прятаться от солнцепека. Мужчину поглядывали на Элизу, как соски торчат сквозь мягкую ткань, как она двигается, но никто ничего не сделал, все молчали. Потом разошлись по свои делам, нужно было подготовить усадьбу к зиме, потому что когда Господа вернутся, они тут же поедут в Лесной замок. Элиза чистила котлы и выносила их на улицу просушиться. Солнце поднималось все выше, и грело и припекало все больше. Один из стражников присел в тени навеса над колодцем чтобы перевести дух, он смотрел как Элиза вынесла очередной котел, сверкнувший боком на солнце, заметила его и пошла к колодцу. Вытянула ведро и вылив воду в стоявшую рядом бадью смочила там платок, потом стала обтирать влажной тканью шею, плечи, расстегнула несколько пуговиц и приспустила платье, обнажив грудь, снова смочила платок и стражник, открыв рот, смотрел как по коже скользят переливаясь и сверкая, капли воды.
Элиза расстегнула еще несколько пуговиц и платье полностью скользнуло на землю, полностью обнажив ее тело. От холодной воды соски затвердели и вызывающе торчали. Девушка провела по груди руками, переступила через платье и подошла к стражнику, взяла его руку и положила ее себе на лобок, бесстыдно развела пошире ноги и застонала, когда мужская рука начала теребить ее половые губы, когда пальцы стали проникать внутрь, она начала приседать, насаживаясь на них. Стражник почувствовал очень сильное давление в штанах, он расстегнул пуговицы и вытащил свой, стоящий колом, член. Дернул на себя девушку и она села, нанизывая себя на мужскую плоть, едва слышно вскрикнула, помедлила, привыкая к большому размеру и начала двигаться, не быстро, но постепенно ускоряясь. на вдалбливала саму себя, в то время как стражник мял и кусал ее грудь. Её лоно было настолько требовательным, что он не смог себя долго сдерживать и быстро кончил внутрь, удовлетворенно откинулся на лавке и тяжело задышал, молча наблюдая как Элиза встает и тряпицей вытирает капли семени с бедер, как она не одеваясь, обнаженной идет по двору к конюшне, где три гвардейца приводили в порядок конную упряжь. Элиза не успела зайти внутрь, трое мужчин вышли во двор, и осенний воздух далеко разнес ее стоны и вздохи оргазма. когда ее не по одному разу отымели семеро мужчин.
Когда солнце скрылось стало холодно, и все перебрались на кухню, где Элиза разогрев похлебку, нырнула под стол и стала «ужинать» совсем другим блюдом, сплевывая потом семя в руку и втирая себе между ног. Следующие две недели Элиза была все время обнаженной, в разное время, в разных позах принимающая мужскую плоть и вбирающая в себя их семя. В какой-то из дней кучеру надоело ждать, когда придет его очередь трахнуть Элизу в рот, и он отрезав кусок сливочного масла, подошел к Элизе сзади, где у нее оставалась незанятая дырка. Девушка была сверху, насаживаясь на член стражника, а слуга резко двигался в ее глотке. Кучер не церемонился и только смазал заднее отверстие и свой член. А потом резко и сразу почти до упора вошел внутрь, Элиза заорала от жуткой боли, пыталась вырваться, но трое мужчин крепко е держали, и когда она немного успокоилась, кучер продолжил двигаться. Ей было очень больно, но тут стражник просунул руку между их прижатых друг к другу тел и пальцами стал ласкать ее половые губы, стал аккуратно двигать внутри своим членом и боль понемногу уходила и к тому моменту как кучер кончил ей на спину Элиза уже испытала оргазм от доселе неизведанных ощущений. Остальным тоже понравилась эта идея и ее теперь постоянно трахали втроем. Элиза боялась, что в нее не будут кончать, но мужчины щедро одаривали ее семенем. И когда через три недели она тряслась в повозке едущей за каретой графа и графини. она уже была беременна.
В замке Элизу поселили в небольшую комнату, которая раньше была гардеробной ее матери, а в самих покоях расположилась графиня Анна с мужем. Элизу никто не видел кроме старухи Адель, графини и графа. Когда стало понятно, что задумка удалась, в замок приехал лекарь, тот самый, что лечил старого графа и соблазнил его жену. В замке пили за здоровье графини Анны и ее будущего ребенка. Графина исправно и искусно подкладывала подушечки под платье, пока их служанка наконец не разрешилась от бремени.
Девочкой.
Граф чуть не убил в ярости несчастную, но графиня только взяв на руки маленький комочек сразу же поняла, что никому не даст в обиду ее маленькую Анжелику. Элизе перетянули грудь, чтобы молоко пропало и дочь больше на глаза не приносили, в замок была вызвана кормилица, которая души не чаяла в маленькой крохе.
Глубокой ночью Элизу снова посадили в ту холодную камеру, где продержали несколько месяцев, кормя объедками. Однажды туда спустилась графиня, она так же ласково и мило улыбалась, нежно касалась уже пустой груди Элизы, когда та тяжело задышала, рука скользнула между ног, то жестко теребя, то ласково, почти неощутимо прикасаясь.
— когда твоя дочь вырастет, я отдам ее гвардейца, чтобы они пустили е по кругу — неожиданно сказала графиня — ты согласна?
Элиза с испугом смотрела на нее, в этот момент Анна очень сильно сжала нежную плоть и Элиза громко застонала
— ты согласна? я не слышу ответа — пытка продолжалась до тех пор, пока измученная, почти безумная от желания Элиза не сказала — Да, согласна
Графиня тут же ударила ее по лицу с такой яростной силой, что Элиза почти потеряла сознание.
— Ты хуже животного, хуже последней твари.
Та, кого все считали графиней знала, что она перегрызет горло любому, кто посмеет поднять руку на ее маленькое сокровище, ее маленького ангелочка, но к сожалению им был нужен мальчик. Сын. Наследник. И эта дрянь была им нужна. Графиня стала каждый день приходить в камеру, она приносила хорошую еду, но есть ее разрешалось только из собачьих мисок на полу. С Элизой обращались как с животным, ей не позволялось говорить, вставать. Графиня полностью сломила волю молодой женщины.
В тот день графиня пришла с лекарем, который осмотрел Элизу, задал ей несколько вопросов, потом достал из саквояжа тряпицу, завернутую в пергамент, и держа эту тряпицу щипцами, стал вытирать влагу между ног девушки, бедра, спину. Затем также аккуратно сложил тряпицу обратно в пергамент, и убрал в саквояж. Кивнул графине и вышел из камеры.
— Животное… ты хуже, чем животное — неожиданно прошипела Анна.
Дверь снова открылась и в камеру зашел лекарь, он держал на привязи большого дога, который принюхался и ту же рванул к Элизе, та в страхе поползла от него, но удар плетью заставил ее остановиться.
— Ну куда же ты? ты животное, и должна жить как животное, есть как животное, и спариваться с животными. Поблагодари меня, за то, что я выбрала среди псов своего мужа лучшего производителя, все соседи стоят в очереди, чтобы привезти своих сук на вязку с ним… благодари я сказала! — Элиза, униженно припала к ногам Госпожи и начала шептать слова благодарности. Дог все рвался к ней, пока Элиза, управляемая хлыстом в руках графини становилась на четвереньки, широко разводила ноги. Лекарь сделал несколько шагов внутрь, и дог ткнулся между ног девушку, тяжело задышал, его глаза обманывали его. Они видели перед собой человека, а нос чувствовал текущую суку. Значит надо проверить, он запрыгнул на нее, и сука под его тяжестью склонилась вниз оттопырив и выставив задницу, так что собачий член сразу же проник во влажное отверстие, и вдыхая запах текущей суки, кобель начал неистово быстро двигаться, слушая как его сака тоненько повизгивает. пес двигался в одном быстром темпе, проникая своим тонким, но длинным членом глубоко внутрь Элизы, Она. пытавшаяся выдержать сумасшедший темп, не видела как дверь в камеру открылась и туда зашел граф., который на мгновение опешил от увиденного, потом подошел к жене и что-то прошептал ей

Соседские тайны (1 часть)

Сестринские узы

Отрывок из романа «Скука или любовь до гроба»