Красиво, ничего не скажешь!
Тут послышались шаги. Тётка и Катя возвращались с огорода пить чай. Он быстро запихнул тетрадь на место и пошёл убирать прополотую траву, пока женщины отдыхали.
После чаепития они вернулись на огород, а Мишка — опять в терраску.
— ———————————————————————
….. Они ехали верхом в летнем лесу. Тропинка петляла среди деревьев и, наконец, вывела их к заброшенному охотничьему домику.
Внутри было темно и прохладно. Маркиза поёжилась и прижалась к графу. Он обнял её.
— -Что же вы медлите, граф? Прошу вас, начинайте, ведь у нас мало времени.
— -Я, право, не знаю,— замялся он,- здесь как-то неуютно, да и вообще — нет кровати.
— Граф, дорогой, зачем нам кровать?— Маркиза сняла платье и кружевные панталоны.- Раздевайтесь и садитесь на стул.
Он покорно исполнил приказ маркизы и сел на жесткий деревянный стул посреди комнаты. Член его, как столб, торчал вверх, и она невольно залюбовалась его сизой огромной головкой.
Маркиза уверенно села сверху на этот столб, засунув его сразу, одним движением, почувствовав, как матка растягивается. (По рассказам в свете, не все дамы чувствовали своей маткой член). Было немного больно, но маркиза многое отдала за такую боль. Годы, проведённые в браке со стариком, научили ценить твёрдость члена.
Она скакала на графе, как на лошадке. Он почти не двигался, только гладил её по волосам, плечам, и ловил губами весело прыгающие соски.
— -Простите, граф, но у меня устали ноги. Если вы не собираетесь спускать, то давайте продолжим стоя? – Маркиза встала, и влажный член с хлюпающим звуком вынырнул из её лона. Она встала к окну, и, положив руки на подоконник, нагнулась. Граф подошёл сзади, и, раздвинув руками пухленькую попку маркизы, нетерпеливо вставил член между ягодицами.
— -Осторожнее, граф, вы на ложном пути! — С нежной укоризной промурлыкала маркиза и осторожно направила ствол графа в нужном направлении.
Её стоны доносились из окна и были слышны в лесу, на никто, кроме птиц и двух лошадей, их не слышал. Граф изо всех сил загонял свой клинок в истерзанное во влагалище маркизы, а она уже ничего не слышала и не видела, только чувствовала неистовые удары его члена в свою матку.
Вдруг маркиза почувствовала, что ноги её слабеют, и, если бы не руки графа, державшие её, то она бы упала.
— Подожди, милая, ещё немного!— Он почувствовал, что сперма сейчас хлынет, и с силой притянул к себе маркизу, которая еле стояла на ватных ногах, конвульсивно дёргая попкой.
Наконец долгожданные живительные струи ударили ей в матку, и она почувствовала, как пульсирует член в её влагалище.
— Только не вытаскивайте, граф, прошу вас! — прошептала маркиза, чувствуя, что его член слабеет. Она, что есть силы, стиснула член своим влагалищем, и граф остался в ней.
Стоять было неудобно, и маркиза, сев на подоконник, забросила ноги на плечи графа.
— -Ну что, граф, сможет ещё раз выстрелить ваша пушка? — Засмеялась маркиза и прислонила скользкую головку его опять твёрдого члена к входу в себя. Он вставил член в маркизу и замер.
— О, боже, как я тебя люблю!- Выдохнул он.
— -Если в вас осталась, хоть капля спермы, подарите мне её.— Еле слышно произнесла маркиза, и через пять минут сладкого истязания влагалища его копьём последние живительные капельки были уже в ней…..
Мишка перевел дух и сунул тетрадь на место. Да, у Кати талант!
Он хотел спустить Кате на кушетку, на тут снова послышались шаги.
Назавтра тётя Люба отправила их в магазин, который находился на другом конце деревни.
Дошли они до магазина незаметно, болтая ни о чём. В магазине было тесно, и Мишка встал в очередь, а Катя осталась сидеть на скамейке около магазина.
Набрав полные сумки, Мишка вышел из магазина и от неожиданности замер.
Катя сидела на лавочке, неестественно стиснув ноги и устремив застывший взгляд вдаль. Проследив, куда она смотрит, Мишка заметил недалеко двух собак, занимающихся продолжением рода. Само по себе это никогда не вызывало у него интереса, но то, что Катю это возбудило — сомнений не было. Руки, теребящие край платья, говорят о многом. А значит, ситуация возбудила и его. Но возвращаться домой с оттопыренными шортами было неловко, и он, как ни в чём не бывало, окликнул её и пошёл по тропинке, не оборачиваясь.
Он нёс сумки, а она шла за ним босиком, неся только босоножки.
Вдруг навстречу им выехал на старом велике Шурик-Левитан—сверстник Мишки, прозванный так из за хриплого голоса, вследствие перенесённого в детстве заболевания.
— -Привет, Михуил!— С ходу заорал он и стиснул Мишкину руку.— Сам-то как?
Мишка пожал плечами. В другой раз он бы не обратил внимания на слова Левитана, но сейчас его это покоробило.
— А чо на костёр не приходишь?— Не унимался Левитан.- Весело, музыка там, туда — сюда…. -Он заговорщически подмигнул и тихо прохрипел:
— -Хочешь, приходи со своей конопатой. Познакомимся.
Левитан закатился хриплым хохотом, а Мишка почувствовал, что кто-то как будто наполняет его кипятком. Он поставил сумки и без замаха ударил кулаком Левитана в нос.
Левитан икнул и упал, как мешок, на дорогу, вместе с велосипедом. Катя вскрикнула.
Мишка поднял сумки и пошёл дальше.
— Ты что, с ума сошёл?— Катя испуганно обернулась на барахтающегося в песке Левитана, утиравшего кровь с лица.
— -Ничего, не будет языком молоть.
Только дома он осознал, что произошло.
То, что путь на костер закрыт — это ерунда. Он ударил приятеля — раз! Он впервые ударил человека по лицу — два! Загадкой оставалось, почему он это сделал? Неужели потому что Левитан назвал Катю конопатой?
За этими мыслями он не заметил, как в его комнату вошла Катя. Он валялся после обеда на своей кровати, копаясь в собственном «Я».
Катя села на кровать у его ног.
— Спасибо тебе.— Тихо сказала она.
— Да ладно.- Мишка сел рядом с ней.
— Нет, я серьёзно, ты такой смелый…. И сильный.
Да, подумал он, турник не зря строил. А Левитан, хоть и выше, сразу завалился. Жаль, хороший вообще пацан, только глупый.
Катя сидела рядом, и от неё исходил такой необыкновенный запах, что голова у Мишки стала пустой, как пионерский барабан, а сердце зашкалило. А про член и говорить нечего.
— -А у тебя девушка есть?— Еле слышно произнесла Катя, глядя в пол.
— Что?- Не сразу понял Мишка. – А, нет, не обзавёлся ещё.
— Тогда обними меня.— Ещё тише произнесла Катя.
— Что?- Опять вырвалось у Мишки.
— -Ну что ты всё чтокаешь? Глухой, что ли? — несколько обиженно сказала Катя и положила его руку себе на плечо. Мишка как будто остолбенел, боясь двинуться и спугнуть этот сон.
Катя обеими руками обняла Мишку и положила голову ему на плечо.
— — Ты когда нибудь целовался?— спросила Катя, и он еле удержался, чтобы не переспросить, отрицательно помотав головой.
— А ты?- Сквозь ком в горле спросил он.
— Поцелуй меня.- Вместо ответа прошептала Катя.
Он нагнулся и неловко чмокнул её в конопатую щёчку. Катя хихикнула и подняла лицо.
Мишка целовал её лицо и шею, не заботясь, умело он это делает или нет. Катя откинулась спиной к стене и закрыла глаза. Её халат чуть распахнулся, и он увидел краешек груди, кстати, без лифчика. Мишка помедлил и поцеловал Катю в разрез халата. Он ожидал возмущения, но вместо этого она расстегнула халат и опустила его с плеч.
Впервые он увидел женскую грудь так близко. Она была ослепительно белой и у сосков виднелись маленькие синие жилки.
Он не знал, что делать дальше, просто взял губами сосок, от которого восхитительно пахло, и время для них остановилось.
Мишка хватал губами то один сосок, то другой, а рука скользила по Катиному животу и ногам, правда, минуя трусики. Она уже давно сидела, раздвинув ноги, и тяжело сопела, закрыв глаза.
Он никак не решался залезть в Катины трусы, но она сама, как будто чувствуя его нерешительность, стянула их к коленям. Мишка опять увидел полосочку, по краям увитую кудрявыми светлыми волосиками, и испугался, что сейчас, как на чердаке, кончит в штаны. Но вроде всё было в порядке, хотя и на пределе. Сначала он аккуратно прикасался к волосикам, но Катя застонала, и он всё решительнее стал натирал её щелку, которая быстро встала скользкой.
Её попка ходила ходуном, вызывая жалобный скрип Мишкиной кровати, а трусы, стянутыё к коленям, мешали шире раскинуть ноги. Мишкина рука быстро скользила по Катиной щели, малиновой от возбуждения, а она схватила Мишкин член сквозь шорты и стиснула его. Голова её моталась из стороны в сторону, она то и дело вскрикивала, и Мишка подумал, что она кончит или раньше него, или с ним.
Но тут послышался звук открываемой двери. Это тётю Люба пришла от соседки. Катя мгновенно натянула трусы и запахнула халат.
— Поправь покрывало.- Быстро сказала она, выходя из комнаты. Щёки выдавали её с головой.— Но мы ещё не закончили, правда?
Мишка ошалело кивнул, пытаясь безуспешно поправить торчащий член. Ещё бы!
Пока тётка с Катей решали, какую рассаду отдать соседке, он пошёл к турнику. Член мешал занятиям, и он отложил их на потом. Чёрт, какой кайф сорвала тётя Люба! Хотя, если бы он наспускал в трусы, то неловко было бы перед Катей.
Тётка опять пошла к соседе, а он уселся перед телевизором, чтобы немного успокоится. Пощелкав по программам, он ничего не нашёл, и тут услышал голос Кати, который доносился из его комнаты:
— -Миш, иди сюда!
Катя лежала голая, бесстыже раскинув ноги и прикрыв соски ладошками. Солнце, светящее в окно, играло на её блестящей красной щелке.
Он лежал на ней, целуя конопушки и грудь, и медленно двигая членом по клитору. Но так продолжаться долго не могло.
— Кать, можно я уже….
— Что, ты же спускаешь, да?
Мишка кивнул, поцеловав её в носик.
— Ну конечно, что ты спрашиваешь! — она обняла его. – Только туда не попади.
Она почувствовала, как горячий поток ударил ей в щель, и потек вниз, на покрывало.
До прихода тёти Любы они ещё два раза успели «испачкать» кровать.
конец

Как Андрей стал Юркиной Анютой ч. 2

Лучший подарок на Новый Год

Трещина превращается в щель